Люди смуты

Лжедимитрий III – самозванец, объявивший себя царем Димитрием Ивановичем, спасшимся от убийства (вторично) в Калуге. По одним известиям это был какой-то Сидорка, по другим – беглый с Москвы из-за Яузы дьякон (или дьяк) Матюшка. Объявился он 23 марта 1611 г. в Ивангороде и был принят здесь с радостью. Со всех сторон, между прочим изо Пскова, стекались к нему казаки. Он пробовал добиться помощи шведов, но король запретил нарвскому коменданту сноситься с ним. 
Смутное время в России в начале XVII векаСамозванец пошел брать Псков, но, безуспешно простояв под ним с 8 июля до 23 августа и при вести о приходе шведов, бежал в Гдов, где был ими осажден и едва прорвался опять в Ивангород. Псковичи, земля которых опустошалась и шведами, и поляками, зимою решились признать, для спасения от иноземцев, ведомого вора своим царем. 4 декабря он прошел с отрядом казаков во Псков, почему и получил кличку «Псковского вора». Желая привлечь на свою сторону подмосковное ополчение, новый «царь Димитрий» послал к столице одного атамана. Из лагеря поехал во Псков «опознавать» царя К. Бегичев, и в начале марта 1612 г., под давлением Заруцкого, желавшего иметь царя в противовес новому земскому ополчению (Пожарского), подмосковные таборы присягнули Псковскому Димитрию. Вскоре, в виду бесполезности этой попытки спасти свое положение, таборы охладели к Лжедимитрию, и новый их посол, Ив. Плещеев, изобличая Вора, искал случая схватить его. Псковичи, раздраженные грубостью, насильями и развратом призванного ими царя, готовы были помочь Плещееву. Самозванец почуял недоброе и 18 мая бежал, но был настигнут и возвращен во Псков уже в тюрьму, а 1 июля отправлен под Москву. По одному известию, он был убит по дороге во время нападения Лисовского, по другому – казнен в таборах под Москвой, по третьему – повешен в Москве уже при царе Михаиле.
Лжедмитрий III (? -1612) – третий самозванец и авантюрист, объявивший себя в годы Смуты русским царем Дмитрием Ивановичем и «оглашенный» им 4 декабря 1611 г. во Пскове. По одним данным - «вор Сидорка», по другим – московский дьякон Матвей «из церкви за Яузой». В 1611 г. в Новгороде на рынке объявил себя «чудесно спасшимся царевичем Дмитрием», но был опознан и с позором изгнан из города. Бежал в Ивангород и там 23 марта 1611 г. вновь объявил себя царевичем. Вступал в переговоры с шведским комендантом Нарвы Филиппом Шедингом, шведский король посылал к Лжедмитрию III посла, но тот счел собеседника самозванцем.
8 июля 1611 г., собрав небольшое войско, Лжедмитрий III от Иваногорода подошел к Пскову, но узнав, что сюда же идут шведские войска, испугался разоблачения и двинулся в Гдов. Тем не менее, шведский генерал Горн прислал ему послание, где писал, что его «признают уже многие», поэтому шведский король дает ему удел во владение. Послание заканчивалось предложением отказаться от притязаний на русский престол в пользу шведского принца. Играя в «законного царя», Лжедмитрий III отверг это предложение.
4 декабря 1611 г. года въехал во Псков, где был «оглашен» царем. Узнавшие о самозванце К. Минин и Д. Пожарский в своих грамотах призывали народ, не верить «ни Маринке с сыном, ни тому вору, что стоит под Псковом». Однако, московские казаки послали в Псков своих представителей Казарина Бегичева и Нехорошку Лопухина, которые при большом стечении псковичей заявили, что перед ними «истинной государь наш». Еще один казак, ярый сторонник прежнего самозванца, Лжедмитрия II, Иван Глазун-Плещеев, убедил остатки Первого казачьего ополчения принести присягу Лжедмитрию III.
2 марта 1612 г. казаки присягнули Лжедмитрию III, затем присягу принесли южные и северские города, Алатырь и Арзамас (кроме ближайших к столице). В специальном послании, присланном в марте 1612 г. в Гдов Лжедмитрию III, сообщалось, что московские казаки присылают в подмогу «самодержцу» Ивана Глазуна-Плещеева и атамана Казарина Бегичева с казачьим отрядом. При этом Плещеев, лично знавший Лжедмитрия II, вновь публично признал в новом самозванце царя Дмитрия Ивановича, после чего псковичи предложили Лжедмитрию III царствовать. Но дорвавшись до власти, тот начал распутную жизнь, раздачу чинов и обложил посадский люд тяжелыми поборами
Московские казаки, разочаровавшись в «царе», ушли из Пскова, сами псковичи также были готовы его свергнуть. Лжедмитрий III в ночь на 18 мая 1612 г. бежал из Пскова, но отряд псковичей догнал его; самозванец был посажен в клетку и выставлен на всеобщее обозрение, чтобы всякий мог обругать его и плюнуть в лицо. 1 июля 1612 г. его повезли в Москву, по дороге на обоз напал отряд поляков под командованием некоего Лисовского, в короткой схватке Лжедмитрий III был убит.

Литература:

  1. Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв. М., 1937;
  2. Скрынников Р.Г. Лихолетье. Москва в XVI-XVII веках. М., 1988.
Наталья Пушкарева.

Лжепетр, Илейка – самозванец (1605-1607), принявший имя царевича Петра Федоровича, сына будто бы царицы Ирины, подмененного Борисом Годуновым девочкой (Феодосией). Родом Муромец, Илейка, осиротевший в детстве, служил несколько лет у одного нижегородского торговца, причем по его делам побыл месяцев 5 в Москве; потом ходил на торговых судах по Волге, служил казаком, стрельцом, работником. Зимой 1605-1606 гг., в качестве казака, был в Терском городе. Раздраженные долгой задержкой жалованья и корма, казаки собирались было в поход на турских людей или на службу к шаху, но потом решили идти грабить торговые суда на Волге, прикрывая грабеж самозванством; измышлен был царевич Петр, и роль его была поручена бывавшему на Москве Илейке. Весной 1606 г. казаки явились к Астрахани и, не впущенные в город, пошли вверх по Волге. В Самаре их встретил посол от сидевшего на Москве «царя Димитрия», звавшего «племянника» к себе. Казаки согласились отправиться в столицу, но, миновав Казань и Свияжск, получили весть об убийстве «царя Димитрия», спустились Волгой до Камышинки, а оттуда ушли за Дон. Здесь их разыскали посланцы кн. Гр. Шаховского, давно уже поднявшего восстание во имя Димитрия, но не находившего человека, согласного выдавать себя за Димитрия. По приглашению Шаховского Илейка со своим сильно возросшим отрядом пришел к нему в Путивль. Весной 1607 г. они вместе отправились на выручку осажденного в Калуге Болотникова и заняли Тулу. После несчастной для Шуйского битвы на Пчельне к ним присоединился и освободившийся Болотников. Илейка засел в Туле, попал в плен после ее сдачи (10 октября) и был повешен.

Мнишек Марина (около 1588 г. – около 1614 г.), царица (май 1606 г.), супруга Лжедмитрия I. Дочь польского магната. В 1608 г. выслана на родину, однако присоединилась к Тушинскому лагерю, признав Лжедмитрия II спасшимся «мужем». В 1610 г. бежала вместе с И. М. Заруцким в Астрахань. В 1614 г. выдана яицкими казаками правительству. Умерла в заточении.
Мнишек (Mniszech) Марина (около 1588-1614), политическая авантюристка, дочь польского воеводы Ежи (Юрия) Мнишека, одного из организаторов интервенции против России в начале XVII в. Брак Мнишек с самозванцем Лжедмитрием I давал возможность польско-литовским магнатам и католическому духовенству контролировать своего ставленника; в мае 1606 г. Мнишек короновалась в Москве. За отказ от царского титула (после гибели Лжедмитрия I) отпущена на родину (июль 1608 г.), но оказалась в Тушине, где признала Лжедмитрия II «спасшимся» мужем. После его смерти (декабрь 1610 г.) Мнишек нашла покровителя в лице атамана И. М. Заруцкого, который пытался поддержать кандидатуру её сына Ивана (родившегося в январе 1611 г.) на русский престол. Вместе с Заруцким и сыном Мнишек бежала в Астрахань, а затем (в мае 1614 г.) на р. Яик (Урал), где они были выданы казаками русскому правительству. Заруцкий и сын Мнишек были казнены в Москве, а Мнишек умерла в заточении.
Мнишек Марина (около 1588 г., Самбор, Польша – не ранее 1614 г., Коломна) – авантюристка. Дочь богатого и влиятельного воеводы. Умела читать и писать. Согласилась выйти замуж за Лжедмитрия I, мечтая стать русской царицей. Весной 1606 г. с отцом и многочисленной свитой выехала в Москву, где после венчания и коронации царствовала неделю. Честолюбивая и властная, Марина Мнишек не была убита после смерти мужа только потому, что не была узнана. Отправленная на родину, Марина Мнишек попала в Тушинский лагерь, где тайно обвенчалась с Лжедмитрием II, признав в нем «спасшегося» мужа. А после гибели Лжедмитрия II возложила все надежды на своего сына, которого ее сторонники именовали «царевичем Иваном Дмитриевичем», а правительство Михаила Федоровича Романова называло «воренком». В декабре 1610 г. Марина Мнишек нашла себе покровителя атамана И. М. Заруцкого, мечтавшего стать первым боярином при «царице Марине». Летом 1613 г., потеряв своих сторонников, Марина Мнишек и Заруцкий бежали в Астрахань и на Яик. Схваченные казаками и моек. стрельцами в июле 1614 г., Заруцкий и сын Марины Мнишек были отправлены в Москву и казнены, а Марина Мнишек умерла в заточении.
Мнишек Марина (около 1588-1614, Москва), жена Лжедмитрия I. Дочь Сандомирского воеводы Юрия Мнишека, одного из организаторов похода Лжедмитрия I. Обручение Мнишек с Лжедмитрием I было использовано поляками как повод для навязывания последнему определенных политических обязательств. 2 мая 1606 г. состоялся торжественный въезд в Москву Мнишек во главе двухтысячного кортежа. После торжественной встречи у Спасских ворот Кремля Мнишек разместилась в Вознесенском монастыре у Марии Нагой. Церемония бракосочетания с Лжедмитрием I проходила 8 мая в Кремле: после обручения в Столовой избе и приветствия в Грановитой палате Мнишек обвенчали с Лжедмитрием I по православному обряду в Успенском соборе. Чтобы обойти религиозные споры (папа римский запретил Мнишек переходить в православие), перед чином венчания был совершён, в нарушение традиций, особый обряд – коронация с миропомазанием и причастием, что должно было знаменовать в глазах русских людей переход Мнишек в православие, а для поляков-католиков – признание за ней самостоятельных прав на московский престол. Свадебный пир был назначен на 9 мая (Николин день), что вызвало негодование москвичей. Столкновения между поляками и москвичами продолжались несколько дней. Во время восстания горожан, вспыхнувшего 17 мая 1606 г., Мнишек не пострадала. Через неделю после воцарения Василия Шуйского она была выселена из дворца за «Кремлёвскую стену в дом Афанасия Власьева», после ряда побед Лжедмитрия II выслана из Москвы в Ярославль. В июне 1608 г. Мнишек вновь привезена в Москву, где был заключён договор, по которому Мнишек отказывалась от царского титула и обещала не называть своим мужем Лжедмитрия II; ей разрешалось вернуться в Польшу. Однако, находясь в Москве, Мнишек тайно связалась с Лжедмитрием II. 7 сентября 1608 г. при большом стечении народа встретилась с Лжедмитрием II в Тушине и признала его «спасшимся мужем». После начала открытой польской интервенции и распада Тушинского лагеря Мнишек пыталась найти поддержку у короля, но после провала переговоров с Сигизмундом III и бегства Лжедмитрия II в Калугу бежала в Дмитров. Позже вместе с Лжедмитрием II направилась к Москве, в августе 1610 г. жила в Николо-Угрешском монастыре, затем (до мая 1611 г.) в Калуге, где у неё родился сын Иван («Ворёнок»). После гибели Лжедмитрия II сошлась с И. Заруцким, претендовала на русский престол от имени сына. Во время осады Москвы первым ополчением находилась вместе с сыном в Коломне. Продвижение второго ополчения к Москве заставило Мнишек бежать в Астрахань, затем на р. Яик (Урал). 24 июня 1614 г. вместе с сыном и Заруцким выдана казаками царским войскам, через Астрахань и Казань доставлена в Москву, заключена в тюрьму, где «от болезни и с тоски по своей воле умерла» (вероятно, была убита; «Ворёнок» повешен).

Е.И. Куксина.

Мнишек Марина (или, по-польски, Марианна) – дочь сендомирского воеводы, жена первого Лжедимитрия. При помолвке ей были обещаны самозванцем, кроме денег и бриллиантов, Новгород и Псков и предоставлено право исповедовать католичество. В ноябре 1605 г. состоялось обручение Мнишек с дьяком Власьевым, изображавшим лицо жениха-царя. 3 мая 1606 г. она с большой пышностью, сопровождаемая отцом и многочисленной свитой, въехала в Москву. Через пять дней состоялось венчание и коронование Мнишек. Не убитая во время резни 17 мая только потому, что сначала не была узнана, а затем защищена боярами, она была отправлена к отцу, и там, по слухам, вступила в сношения с Михаилом Молчановым. В августе 1606 г. Шуйский поселил всех Мнишков в Ярославле, где они прожили до июля 1608 г. В состоявшемся тогда перемирии с Польшей было, между прочим, постановлено отправить Марину на родину, с тем, чтобы она была перехвачена Зборовским и доставлена в тушинский стан. Несмотря на отвращение к Тушинскому вору, Мнишек тайно обвенчалась с ним (5 сентября 1608 г.) и прожила в Тушине более года. Плохо жилось ей с новым мужем, как видно из ее писем к Сигизмунду и папе, но стало еще хуже с его бегством (27 декабря 1609 г.) из Тушина. Боясь быть убитой, она в гусарском платье, с одной служанкой и несколькими сотнями донских казаков, бежала (февраль 1610 г.) в Дмитров к Сапеге, а оттуда, когда город был взят русскими, в Калугу, к Тушинскому вору. Через несколько месяцев, после победы Жолкевского над русскими войсками, она является с мужем в Коломне, а по низвержении Шуйского ведет переговоры с Сигизмундом о помощи, для занятия Москвы. Между тем москвичи присягнули Владиславу Сигизмундовичу, и Марине было предложено отказаться от Москвы и ограничиться Самбором или Гродно, на что последовал гордый отказ. В Калуге она прожила до начала 1611 г., под покровительством Заруцкого (Тушинский вор был убит в декабре 1610 г.), с сыном Иваном , называемым Дмитриевичем. До июня 1612 г. она находилась под Москвой, преимущественно в Коломне. После умерщвления Ляпунова она заставила Заруцкого и Трубецкого объявить ее сына наследником престола и вместе с Заруцким подослала убийц к Пожарскому, когда отпал от нее Трубецкой. Подступившее к Москве земское ополчение заставило ее бежать сначала в Рязанскую землю, потом в Астрахань, наконец, вверх по Яику (Уралу). У Медвежьего острова она была настигнута московскими стрельцами и, скованная, вместе с сыном, доставлена в Москву (июль 1614 г.). Здесь четырехлетний ее сын был повешен, а она, по сообщениям русских послов польскому правительству, «умерла с тоски по своей воле»; по другим источникам, она повешена или утоплена. В памяти русского народа Марина Мнишек известна под именем «Маринки безбожницы», «еретицы» и «колдуньи». Сохранились многочисленные письма ее к отцу, королю и папе, и ее дневник.

Василий IV Шуйский (1552-1612), царь в 1606-1610 гг. Сын князя Ивана Шуйского. Возглавлял тайную оппозицию царю Борису Годунову, поддержал Лжедмитрия I, затем организовал заговор против него. Став царём, подавил восстание И.И. Болотникова. В целях организации обороны против войск Речи Посполитой и Лжедмитрия II заключил союз со Швецией, который привёл к захвату шведами Пскова и Новгорода. Низложен во время восстания в Москве, умер в польском плену.
Василий IV Иванович Шуйский (Василий IV Иоаннович) из старшей линии потомков Александра Невского, царь московский 1606-1610 гг.; с 1584 г. боярин; в 1587 г. выслан из Москвы за стремление развести царя Федора с бездетной Ириной. В 1591 г. вел следствие по делу царевича Дмитрия и признал его самоубийство. В 1605 г. бездействием дал усилиться самозванцу, а народу объявил, что царевич спасся; затем В. интриговал против Лжедмитрия I и едва избег казни. В 1606 г. Василий поднял мятеж, погубивший Лжедмитрия, и при содействии своей партии достиг престола, подписав условия: без суда с боярами никого не лишать жизни и имения. Боролся с огромным отрядом Болотникова, потом с Лжедмитрием II, волновавшим Москву из Тушина, и с десятком других самозванцев. В 1608 г. Василий через своего племянника Скопина-Шуйского заключил союз со шведами. Скопин со шведами поправил положение Василия, но польский король, боясь этого союза, объявил войну России и осадил Смоленск. В 1610 г. умер любимец народа Скопин, предполагаемый наследник. Василий Дмитриевич Шуйский разбит поляками при Клушине. Поляки и Тушинский самозванец подошли к Москве. Москвичи с боярами во главе низложили беспомощного Василия и постригли его. Взятый заложником в Польшу в 1611г., Василий умер там в 1612 г.
Василий Иванович Шуйский [1552-12.9.1612], русский царь в 1606-1610 гг. Происходил из рода суздальских князей, боярин с 1584. В 1587 участвовал в дворцовой борьбе против Бориса Годунова и подвергся опале. Хитрый и угодливый, Василий Иванович Шуйский был вскоре прощён и в мае 1591 г. возглавил правительственную следственную комиссию по делу о смерти царевича Дмитрия в Угличе, объявившую причиной гибели болезнь царевича. В начале 1605 г. активно участвовал в военных действиях против Лжедмитрия I. После смерти Бориса Годунова был отозван в Москву. В июне 1605 г. перешёл на сторону Лжедмитрия. Однако вскоре возглавил заговор против него, был приговорён к смерти, затем помилован и сослан, а в конце 1605 г. возвращен ко двору. В мае 1606 г., опираясь на дворцовую и церковную знать, верхушку провинциального дворянства западных и центральных уездов и крупное купечество, снова возглавил заговор против Лжедмитрия I. В ходе народного восстания 17 мая Лжедмитрий I был убит заговорщиками, а 19 мая группа приверженцев Василия Ивановича Шуйского «выкрикнула» его царём; Василий Иванович Шуйский дал крестоцеловальную запись, ограничивавшую его власть. В начале июня правительство Василия Ивановича Шуйского объявило Бориса Годунова убийцей царевича Дмитрия.
Приход Василия Ивановича Шуйского к власти усилил борьбу среди боярства и между южным и столичным дворянством, что привело к обострению крестьянской войны начала XVII в. – восстанию под руководством И. Болотникова. В борьбе с ним Василий Иванович Шуйский выдвинул программу консолидации всех слоев класса феодалов, учитывая их интересы в политике по крестьянскому (Уложение 9 марта 1607 г.), холопскому (указы 1607-1608 гг.), земельному и финансовому вопросам. Отдельные уступки в законодательстве о холопах были направлены на раскол лагеря восставших. Сплочение класса феодалов к весне 1607 г. и поддержка крупнейших городов Поволжья и севера позволили Василию Ивановичу Шуйскому в октябре 1607 г. разгромить восстание. Но уже в августе 1607 г. начался новый этап польской интервенции в России (авантюра Лжедмитрия II). После поражения под Волховом (1 мая 1608 г.), правительство Василия Ивановича Шуйского было осаждено в Москве. К концу 1608 г. многие районы страны оказались под властью Лжедмитрия II, чему способствовали новый подъём классовой борьбы и рост противоречий среди русских феодалов. Попытка добиться вывода польских отрядов Лжедмитрия II дипломатическим путём не удалась. В феврале 1609 г. правительство Василия Ивановича Шуйского заключило договор со Швецией, по которому за наём шведских войск уступало часть русской территории.
С конца 1608 г. началось стихийное народное национально-освободительное движение против польских интервентов, возглавить которое правительство Василия Ивановича Шуйского (в лице командующего русско-шведской армией князя М. В. Скопина-Шуйского) сумело только с конца зимы 1609 г. К марту 1610 г. Москва и большая часть страны были освобождены. Но ещё в сентябре 1609 г. началась открытая польская интервенция. Поражение войск Василия Ивановича Шуйского под Клушином от армии Сигизмунда III 24 июня 1610 г., выступление городских низов против правительства Василия Ивановича Шуйского в Москве привели к его падению. 17 июля 1610 г. частью боярства, столичного и провинциального дворянства Василий Иванович Шуйский был свергнут с престола и насильственно пострижен в монахи. В сентябре 1610 г. он был выдан польскому Гетману С. Жолкевскому, который вывез его в октябре под Смоленск, а позднее в Польшу. Умер Василий Иванович Шуйский в заключении в Гостынском замке.

Литература:

  1. Платонов С. Ф., Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв., М., 1937;
  2. Смирнов И. И., Восстание Болотникова 1606-1607, М., 1951;
  3. Шепелев И. С., Освободительная II классовая борьба в Русском государстве в 1608-1610, Пятигорск, 1957.
В. Д. Назаров.

 

Василий Шуйский (1552-1612, Варшава), царь в 1606-1610 гг. Сын князя И. А. Шуйского из рода нижегородско-суздальских князей. Участвовал в дворцовой борьбе против царя Бориса Годунова. В 1582-1583 гг. находился под стражей, в 1587 г. сослан в Галич. С 1591 г. вновь вошёл в Боярскую думу. Возглавлял правительственную комиссию по расследованию дела о смерти в Угличе царевича Дмитрия (1591 г.). В начале 1605 г. участвовал в военных действиях против Лжедмитрия I. После смерти Бориса Годунова был вызван в Москву, где после восстания 1 июня 1605 г. в числе первейших бояр встречал Лжедмитрия I и передал ему государственную печать и ключи от казны. Вскоре арестован за участие в заговоре против Лжедмитрия I и приговорён к смерти, однако был помилован и возвращён ко двору. Вновь организовал заговор, в результате которого 17 мая 1606 г. в Москве вспыхнуло восстание против поляков, Лжедмитрий I убит заговорщиками. На Земском соборе 19 мая 1606 г. Василий Шуйский был избран царём. 1 июня 1606 г. венчался на царство в Успенском соборе. Для пресечения слухов о спасении царевича Дмитрия в Москву из Углича по указанию Василия Шуйского были доставлены останки царевича. Из Варсонофьевского монастыря в Троице-Сергиев монастырь были перенесены останки Годуновых (Бориса, его жены Марии и сына Фёдора). Правление Василия Шуйского проходило в обстановке борьбы за власть боярских группировок, восстания И. И. Болотникова, действий отрядов Лжедмитрия II, поляков и шведов. В период осады Москвы войском Болотникова и отрядами И. Пашкова и П. П. Ляпунова (1606 г.) Василию Шуйскому удалось привлечь на свою сторону дворян. Уложение 1607 г. способствовало сплочению правящей верхушки и подавлению восстания Болотникова. В ходе борьбы с Лжедмитрием II Василий Шуйский заключил договор со Швецией, согласно которому за наём шведских войск уступал королю часть территории Российского государства. Последний год правления Василия Шуйского был отмечен частыми волнениями горожан, заговорами против царя. 17 февраля 1609 г. попытку поднять горожан на восстание предприняли князь Р. Гагарин, воевода Г. Сумбулов и Г. Грязной. Твёрдая позиция патриарха Гермогена привела к провалу замысла, заговорщики и около 300 горожан бежали в Тушино. Вскоре был раскрыт заговор, во главе которого стоял боярин И. Крюк-Колычев. Поражение правительственных войск под Клушином от армии польского короля Сигизмунда III 24 июня 1610 г. привело к падению правительства Василия Шуйского. 17 июля 1610 г. Василий Шуйский был свергнут с престола, насильно пострижен в монахи и заключён в Чудов монастырь. В сентябре 1610 г. Василий Шуйский вместе с двумя братьями был выдан гетману С. Жолкевскому и увезён в Речь Посполитую. Умер в плену. В 1635 г. его останки были перезахоронены в Архангельском соборе Кремля.

Литература:

  1. Абрамович Г.В., Князья Шуйские и российский трон, Л., 1991.
  2. Скрынников Р.Г., Лихолетье. Москва в XVI—XVII веках, М., 1988;
Е.И. Куксина.

Василий IV Иванович Шуйский (1552-1612) – политический деятель эпохи Смуты, русский царь в 1606-1610 гг.
Происходил из рода суздальских князей Шуйских, потомков брата князя Александра Невского Андрея II Ярославича. Отец его служил воеводой в русском войске и погиб в битве со шведами у крепости Лоде в 1573 г. Современники свидетельствуют, что по духу и по характеру Василий Шуйский олицетворял свойства старого русского быта: был лишен предприимчивости, был тем не менее хитер, терпелив и стоек в достижении амбициозных политических целей.

Начал политическую карьеру еще при Иване Грозном: в 1576 г. входил в его свиту, был дружкой на последней свадьбе многократно женившегося царя. В 1581-1582 гг. охранял как воевода границу на Оке. В 1582-1583 гг. был в опале, но уже в 1584 г. вновь оказался при дворе и получил чин боярина (вскоре после женитьбы на княжне Елене Михайловне Репниной).
После смерти Грозного стал поначалу на сторону противников Бориса Годунова, за что вновь подвергся опале (в 1588 г. был заточен в Галиче, но вскоре вновь возвращен в столицу). Лестью и хитростью он сумел не только добиться прощения, но и возглавить в мае 1591 г. следственную комиссию по делу о царевиче Дмитрии, умершем в Угличе при странных обстоятельствах. Людская молва приписывала вину в смерти царевича Годунову. Шуйский единственный знал правду о трагедии, но счел нужным объявить причиной гибели болезнь царевича, за что был обласкан фактическим правителем и в 1596 г. направлен с полком в Алексин - «по крымским вестем» (предупредить наступление крымчан).
Опытный воевода, к началу 1605 г. он активно участвовал в военных действиях против Лжедмитрия I. После смерти Бориса Годунова в мае 1605 г. был отозван в Москву. В июне 1605 г. перешел на сторону Лжедмитрия, публично заявив, что как член комиссии по расследованию убийства царевича, точно знает, что «Дмитрий остался жив». Однако вскоре сам возглавил заговор против Лжедмитрия и обвиненный в распространении слухов о его самозванстве, был приговорен к смерти. Чудом спасся: помилованный Лжедмитрием, он был лишь сослан и, по некоторым данным, даже в ссылке получал информацию о событиях в столице. В мае 1606 г., поддержанный боярской и церковной верхушкой, крупным купечеством и провинциальным дворянством (прежде всего, смоленским), Шуйский вновь был выдвинут в лидеры заговора против Лжедмитрия.
Через два дня после убийства Лжедмитрия заговорщиками, 19 мая 1606 г., группа сторонников Шуйского выдвинула его в Москве на царство. Посаженный на престол боярством, он при венчании на царство дал «крестоцеловальную запись», согласно которой обязывался все важнейшие дела решать «по совету» с ним.
В начале июня правительство Шуйского объявило Бориса Годунова убийцей царевича Дмитрия, который был канонизирован в качестве святого страстотерпца как невинно убиенный от царя Бориса.
Приход Шуйского к власти усилил борьбу южного и столичного дворянства, совпавшую с развертыванием крестьянской войны под руководством И. И. Болотникова. В период осады Москвы войском Болотникова и отрядами Истомы Пашкова и Прокопия Ляпунова в 1606 г., Шуйский сумел привлечь на свою сторону дворян, уход отрядов которых из войска Болотникова сильно изменил соотношение сил в пользу правительственных войск. Для подавления социального конфликта и консолидации сил господствующего класса Шуйский не только мобилизовал все военные ресурсы страны, но и издал Уложение от 9 марта 1607 г., признававшее крепостных крестьян закрепленными за теми владельцами, за которыми они были записаны в писцовых книгах 1590-х гг., и устанавливавшее 15-летний срок сыска беглых крестьян.
К осени 1607 г. крестьянская войны была потоплена в крови и подавлена, но спокойствия так и не настало. В стране объявился новый самозванец – Лжедмитрий II.
Сложности в публичной жизни Василия осложнялись тревогами в жизни частной: у царя умерла жена. Повторный брак был заключен незамедлительно – 17 января 1608 г. уже немолодой (56-летний), подслеповатый и низкорослый правитель сочетался браком с юной княжной Марией Буйносовой Ростовской (? -1626). В январе 1608 г. он перебрался с нею в новый дворец в Кремле.
Между тем, польские отряды вместе с Лжедмитрием II подступали все ближе к столице: 1 мая 1608 г. самозванец разбил под Болховом русское войско и обосновался в подмосковном Тушине. Правительство Шуйского и его семья оказались в Москве в осаде. Резко выросли цены на хлеб. Ряд центральных районов страны (Рязань, Арзамас) объявили себя согласными быть «под рукой» второго Лжедмитрия, надеясь, что это принесет облегчение.
Шуйскому стало ясно, что дипломатическим путем отряды самозванца уже не вывести. Поэтому в феврале 1609 г. он принял решение заключить в Новгороде (Псков уже успел присягнуть Лжедмитрию) договор со Швецией, по которому за наем шведских войск уступал ей часть русской территории (Корелу или Кексгольм с уездом). Часть северно-русских земель, в особенности Вологда, уже сделали ставку на Лжедмитрия, и поступление собранных на тех территориях налогов, товаров заморской торговли через Архангельск и сибирской меховой казны означало бы немедленный финансовый крах правительства Шуйского.
Василий был поставлен перед необходимостью не выпустить из-под своего контроля назревавшее в стране с конца 1608 г. стихийное народно-освободительное движение против интервентов. В конце зимы 1609 г. он назначил командующим войсками на подступах к столице своего племянника – воеводу князя М. В. Скопина-Шуйского, пользовавшегося доверием и уважением в войсках и участвовавшего в переговорах со шведами о предоставлении военной помощи в борьбе с поляками.
В 1609 г. племянник Василия Шуйского освободил поволжские города, в марте 1610 г. снял блокаду столицы, освободив север и большую часть Замосковного края от войск «тушинского вора» Лжедмитрия II и его союзников-поляков. Но рост его популярности вызвал у царя опасения за судьбу трона. По слухам, Василий Шуйский распорядился отравить племянника, что и было исполнено женой брата царя Екатериной Скуратовой-Шуйской.
Физическая ликвидация родственника не принесла счастья и успеха царю Василию. 24 июня 1610 г. его войско потерпело поражение под Клушиным от численно превосходившей агрессивно-настроенной польской армии под командованием Сигизмунда III. Неудачи Василия Шуйского в борьбе с интервентами, недовольство дворян и части бояр территориальными уступками иноземцам на северо-западе страны стали причинами подготовки мятежа против этого правителя. Его возглавил рязанский дворянин Прокопий Ляпунов, еще недавно, в 1608 г., верный своему патрону даже в оппозиционной Шуйскому Рязанской земле.
В июле 1610 г. выступление городских низов против правительства Шуйского привело к его падению; Василий был свергнут и принудительно пострижен в монахи в Чудовом монастыре. Власть временно перешла к группе бояр. В сентябре 1610 г. Шуйский был выдан польскому гетману С. Жолкевскому, который вывез его через месяц под Смоленск, а позднее в Варшаву. Мнишеки требовал суда над ним за убийство супруга Марии Мнишек – Лжедмитрия I, но польский сейм отнесся к Шуйскому снисходительно. Умер Василий Шуйский 12 сентября 1612 г. в заключении в Гостынском замке.
В 1635 его останки были перезахоронены в Архангельском соборе Кремля.

Литература:

  1. Абрамович Г.В. Князья Шуйские и российский трон. Л., 1991;
  2. Платонов С. Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв. М., 1937;
  3. Скрынников Р.Г. Лихолетье. Москва в XVI-XVII веках, М., 1988;
  4. Скрынников Р.Г. Смута в России в начале ХVII в. Иван Болотников. Л., 1988.
Лев Пушкарев, Наталья Пушкарева

Василий IV Иванович (Шуйский), царь Московский и всея Руси. Родился в 1547 г., вступил на престол 19 мая 1606 г., низложен 17 июля 1610 г., умер 12 сентября 1612 г. «Старейшая братья» среди князей Рюриковичей, потомки старшего брата Александра Невского, Андрея, Шуйские всегда держались в верхних слоях московского боярства и даже в эпоху опричнины, благодаря верной службе в «новом дворе» государевом, постоянно встречаются в почетных должностях. С 1580 г. имя князя Василия начинает попадаться в разрядах; в 1581 и 1583 гг. он был в числе воевод, отправленных на берег, но в 1583 г. подозрительный царь почему-то взял со всех его братьев поручную по нем. При царе Федоре князь Василий получил сан боярина, но, не выдаваясь ни как ратный воевода, ни как муж совета, не приобрел влияния, заслоненный в думе другими, более талантливыми представителями его рода. Весной 1585 г. он был послан на воеводство в Смоленск, где и оставался до 1587 г. Опала, постигшая Шуйских и их единомышленников за челобитную царю о разводе с Ириной, коснулась и Василия, но незначительность ли его роли в интриге его родни против царского шурина, влияние ли родственных связей (женитьбой на княжне Репниной он породнился с Романовским кружком, тогда еще близким к Годунову, а по жене брата своего Димитрия был в свойстве с ним), или и то и другое вместе были причиной того, что Василий был скоро возвращен в Москву. До 1590 г. его имя не встречается ни в списках воевод при полках и по городам, ни в числе приглашенных к царскому столу, ни среди участников дипломатических переговоров. В 1590 г. он сидел первым воеводой в Великом Новгороде, а в 1591 г. ему, с митрополитом Геласием и окольничим А. Клешниным, было поручено расследование темной Углицкой истории. В докладе следователей, объяснивших смерть царевича случайным поранением в припадке падучей и обвинивших Нагих в произведенной смуте и совершенных убийствах, многие историки готовы видеть подтасовку показаний, произведенную Шуйским с целью добиться расположения не благоволившего к нему правителя. Но дальнейшая служба князя Василия при царе Федоре не свидетельствует о росте его влияния при дворе. И при царе Борисе, занимая третье вообще и первое среди Шуйских место в думе государевой, Василий не играл крупной роли. Борис, подозрительно относившийся к боярству, то держал Шуйского в большом почете, то удалял его от двора (в 1600-1601 гг., например, Василий был воеводой в Новгороде), не позволял ему жениться (вторым браком); по некоторым известиям, даже снимали допросы с лиц, бывавших у Шуйских. Смирившийся пред Годуновым Василий, видимо, и не замышлял в это время измены. Да и сам царь, очевидно не считая его виновным в подстановке Самозванца, после битвы у Новгорода-Северского вверил ему и Мстиславскому главное начальствование над войском, посланным против самозванца. Они нанесли ему решительное поражение при Добрыничах (20 января 1605 г.), а потом осадили Кромы. Вызванный сейчас же после смерти царя Бориса в Москву, Василий клятвенно уверял волновавшийся народ в самозванстве претендента, но потом, убедившись в непрочности положения Годуновых, стал, по указаниям некоторых источников, распространять слухи о спасении царевича, а 1 июня на вопрос народа уже открыто заявил, что в Угличе вместо Димитрия был похоронен попов сын и что к Москве идет истинный сын Грозного. В тот же день Годуновы были свергнуты, Москва признала Димитрия, а князь Василий с братьями сейчас же начал организовывать заговор против нового царя, признанию которого сам так способствовал. Сильно спеша, Шуйские не были достаточно осторожны. Заговор был открыт, и 30 июня князь Василий, как главный виновник, приговоренный «собором» к смерти, готовился сложить голову на плахе «за веру и за правду». Царь даровал ему жизнь и отправил с братьями в ссылку, конфисковав их имения. Вскоре Шуйские были прощены совсем и возвращены в Москву. Князь Василий сумел даже добиться расположения Самозванца: получил от него разрешение жениться, сопровождал его вдвоем с одним поляком, когда он incognito ездил смотреть на въезд своей невесты в столицу, на царской свадьбе исполнял почетную обязанность тысяцкого. В то же время, едва вернувшись в Москву, он уже создавал новый заговор или примкнул к устроенному еще до него. Уже в конце 1605 г. заговорщики тайно поручили послу Димитрия к Сигизмунду передать королю, что, недовольные своим царем, они готовы свергнуть его. С начала 1606 г. извещали царя о тайных врагах, но он не верил этим предупреждениям. Заговорщики, ведя теперь дело с большой осторожностью, действовали успешно, ловко пользуясь недовольством в разных слоях общества, не пренебрегая клеветой для усиления этого недовольства. Шуйские пустили в ход свои давние связи с торговыми кругами Москвы, вызвали в столицу массу челяди; на сторону заговора были привлечены приготовленные к походу служилые люди; в решительный момент выпустили заключенных. И все же, чтобы вернее достигнуть цели, заговорщики начали восстание 17 мая лживыми выкриками, что паны собираются побить бояр и царя. Давно возмущенные высокомерным, заносчивым поведением поляков, москвичи так принялись за них, пока бояре расправлялись с царем, что едва удалось прекратить избиение поляков. Самозванец был убит. Знатнейший по роду и осиянный ореолом «первострадальца», Шуйский был главным кандидатом на опустевший престол. Но были и другие. «Выкрикнутый» своими в толпе, собравшейся 19 мая для обсуждения дел, Шуйский поспешил, не дожидаясь всенародного избрания, взять в руки власть. Услужливыми друзьями сейчас же была начата в Успенском соборе присяга царю Василию. Данный стране в цари кучкой приверженцев, мало популярный в народе, новый царь хорошо сознавал непрочность своего положения и с большой поспешностью принялся всеми средствами укреплять его. В грамотах, разосланных по городам сейчас же по воцарении (начиная с 20 мая), Василий объявлял, что вступил на престол «по коленству своему», но вместе с тем, говоря заведомую неправду, присовокуплял, что его молили «быти на Московском государстве государем» высшие духовные и светские чины и дворяне и «всякие люди Московского государства». Он поторопился, даже не выждав избрания патриарха, освятить свою власть венчанием на царство (1 июня 1606 г.). Стараясь уничтожить еще жившую в народе веру, что царь Димитрий – действительно сын Грозного, и опровергнуть уже бродившие слухи о спасении его, Шуйский в грамотах определенно называл своего предшественника самозванцем Гришкой Отрепьевым и рассказывал всю его историю, кончая гибелью его. Чувствуя, очевидно, что ему, столько раз менявшему свои показания о Димитрии, не окажут должного доверия, царь прилагал к своим грамотам покаянные признания матери царевича, что только угрозы заставили ее объявить Самозванца своим сыном. Он рассылал компрометирующие Самозванца документы, частью найденные после его гибели, частью сфабрикованные, и не всегда умело, новым правительством. Пущены были в ход и литературные произведения, составленные дружественными Шуйскому авторами. Митрополит Филарет, Нагие и другие были посланы в Углич отыскать и перенести в Москву останки царевича Димитрия, который теперь, вопреки данным следствия, произведенного самим же Шуйским, был объявлен убитым клевретами Бориса и, как мученик, был причтен к лику святых. В народе иные не верили даже в чудеса от мощей нового святого, тем более – словам грамот; большинство недоумевало и волновалось, точно ожидая чего-то. Для удовлетворения своих сообщников Василий, при вступлении на престол, целовал крест в том, что будет судить всех по правде, не будет класть опалы на невинных и слушать доносы, не будет никого предавать смерти, «не осудя истинным судом с бояры своими». Это означало возврат к старине, при котором боярство должно было снова получить участие в управлении. Но и среди бояр Шуйскому не удалось найти опоры. Князь Василий Голицын сам мечтал о короне и имел сторонников. Уже в конце мая было обнаружено в Москве какое-то движение в пользу передачи престола Мстиславскому. Глава Романовской группы, митрополит Филарет, предназначавшийся в патриархи, был удален обратно в Ростов, да и другие члены кружка внушали Шуйскому подозрение. Уже первый его посол в Польше говорил тайком, что бояре недовольны царем Василием и хотели бы видеть на его месте Владислава или самого Сигизмунда. Верных слуг Самозванца Шуйский, опасаясь измены в Москве, неосмотрительно разослал по городам, где они вели интриги против него; иные прямо распускали слухи о спасении Димитрия. Даже престарелый, ослепший инок Стефан, «что был царь Симеон Бекбулатович», казался настолько опасен подозрительному Василию, что он 29 мая распорядился увезти его из Кириллова монастыря в Соловки под стражу. Такие поступки нового царя ясно показывали, что он не намерен сдерживать данные обещания. Это восстановляло против него бояр, смотревших на него как на своего ставленника. Поляки – друзья и слуги Самозванца – были посажены в Москве под стражу, потом разосланы по городам; даже послы были задержаны и жили под строгим надзором. В Польшу было послано посольство (в июне) с объяснениями и обвинениями короля и панов-рады в пособничестве Самозванцу. Рокош помешал Сигизмунду объявить сейчас же войну в отмщенье за убитых в Москве и за задержание послов, но негодование поляков скоро нашло выход в иной форме. В мае, июне и июле в Москве неоднократно возникали народные волнения, настолько опасные, что иногда Кремль приводили в боевую готовность. Еще серьезнее было движение в Северской Украине – район первоначальных успехов Самозванца, где теперь сеял смуту, уверяя всех в спасении Димитрия, путивльский воевода, князь Григорий Шаховской. Вождь начавшегося восстания во имя Димитрия, Болотников, поднял знамя социальной борьбы. В своих всюду расходившихся «воровских листках» он призывал холопов, крестьян и казаков избивать бояр и богатых, обещая в награду чины, имения и жен убитых. Силы мятежников быстро росли. К ним пристали даже служилые люди заокских городов, с Пашковым, Сумбуловым и Ляпуновым во главе, помнившие щедрость к ним Самозванца и не ждавшие ничего хорошего от скупого и пристрастного к знати Шуйского. Царские отряды терпели неудачи; мятежники двумя путями шли к Москве, и в октябре столица оказалась в осаде. На сторону восставших перешел, но не надолго, ряд западных замосковных городов; в нижегородских местах восстала мордва. Брожение замечалось в Перми и Вятке, в Новгороде и Пскове. В псковских пригородах стрельцы провозгласили царем еще не явившегося Димитрия; в Астрахани то же сделал воевода князь Хворостинин, брат удаленного Шуйским кравчего Самозванца. Рати царя собирались медленно, но ему помогли отсутствие Димитрия и социальная рознь среди собравшихся под знаменами Болотникова. Уже 15 ноября отъехали к Шуйскому рязанские дворяне с Ляпуновым и Сумбуловым, а 2 декабря, в день решительной битвы, которую получивший подкрепление царь дал Болотникову, последнему изменил и Пашков со своим отрядом. Болотников заперся в Калуге, которую осадил с большим войском Мстиславский. Шереметева послали усмирять Астрахань, а в Москве занялись иного рода борьбой с крамолой. Восстание Болотникова ясно показало, как слаба связь между царем и народом, как легко недовольные или увлекаемые призраком Димитрия оставляют Шуйского, и Василий решился еще раз воздействием религии привязать к себе сердца подданных. В феврале 1607 г. в Успенском соборе вызванный специально «для его государства и земского великого дела» бывший патриарх Иов торжественно разрешил народ от греха нарушения присяги Борису и Самозванцу и убеждал прекратить вражду и раздоры и верно служить недавно избранному царю. В то же время правительство стремилось ослабить социальную подоплеку движения, усиливая надзор за холопами и крестьянами, давшими основную массу войск Болотникову. Указ 7 марта 1607 г., отмененный позднейшими распоряжениями 1609 г., запрещал держать добровольных холопов без формальных крепостей и удовлетворять иски господ «о кабалах» на таких неукрепленных рабов. Уложением 9 марта того же года прекращался крестьянский выход, устанавливались штрафы за прием чужих крестьян и 15-летняя давность исков о беглых холопах и крестьянах. Между тем военные действия шли неудачно для Шуйского и под Астраханью, и под Калугой. Желая избавиться от Болотникова, царь согласился на предложение Фидлера отравить вождя восставших; но Фидлер, получив деньги и пробравшись в Калугу, передался на сторону Болотникова. Весной на помощь Калуге прислан был отряд из Тулы, где сидели князь Шаховской и явившийся еще при царе Димитрии самозванец Петр. Царские воеводы под Калугой были разбиты, и освобожденный от осады Болотников перебрался в Тулу. Летом, с огромным войском, пошел под Тулу сам царь и, разбив высланные вперед отряды мятежников, в июне осадил Тулу. Мятежный край был отдан на разграбление. Осажденные защищались отчаянно и только 10 октября, затопленные запруженной Упой, сдались. Самозванец Петр был повешен, Болотников утоплен в Каргополе, Шаховской сослан на Кубенское озеро; мелких «воров» массами топили, холопы военнопленные возвращались господам или отдавались желающим на поруки, что тоже вело к кабале. Такой расправой Шуйский подготовил почву для нового восстания. Его носителями были отпущенные домой, в Украину, добровольно бившие челом царю казаки и получившие отпускные холопы. Жестокая экзекуция восстановила против Шуйского всех пострадавших от нее. С торжеством вернулся царь по взятии Тулы в столицу и радостно справил свадьбу свою, женившись 17 января 1608 г. на княжне Буйносовой-Ростовской, с которой был обручен при Самозванце. Еще в июле 1607 г. в Стародубе появился давно жданный Димитрий, и скоро поднялась новая, еще более могучая волна народного движения против Шуйского. У нового самозванца было мало искренних друзей, еще меньше веривших в истинность его царского происхождения сторонников; но имя Димитрия, нашедшее в нем определенного носителя, было нужно как лозунг, объединявший всех противников Шуйского. Военные действия во имя Димитрия давали повод свести личные счеты, поживиться чужим добром. К новому Димитрию шли остатки армии Болотникова, казаки с Дона и Днепра, польская вольница, которой с угасанием рокоша становилось нечего делать на родине, и часто грозили судебные процессы, наконец, все недовольные Шуйским. В октябре самозванец был уже в Епифани, но, узнав о сдаче Тулы, бежал в Орел, откуда весной начал новое наступление. 10-11 мая под Болховом были разбиты воеводы Шуйского; в июле самозванец стал лагерем в селе Тушине под Москвой, где вскоре было организовано настоящее правительство, с думой, приказами и проч. Многочисленные отряды «Вора» блокировали Москву, перехватив ведущие в нее пути и затруднив таким образом подвоз провианта, осадили Троице-Сергиев монастырь и рассеялись по стране, приводя ее к присяге на имя Димитрия. Из крупных центров только Нижний, Казань, Коломна, Рязань и Смоленск верно стояли за Шуйского; Новгород колебался, остальные перешли на сторону Тушинского Вора. Положение Шуйского стало критическим. Правда, у него в Москве были собраны значительные военные силы, и в боях под столицей далеко не всегда тушинцы брали верх. Но среди служилых людей и воевод еще до московской осады обнаружилась «шатость» (главными виновниками в измене были признаны родственники Романовых, князья Троекуров и Катырев-Ростовский). Многие начали прямо отъезжать в Тушино – например, близкие Романовым князья Сицкий и Черкасский, братья Трубецкие и пр. Сокращение подвоза продуктов поднимало цены на хлеб и вызывало народные волнения. Отложение городов не позволяло надеяться на скорое освобождение столицы собственными силами. Заключенный 23 июля 1608 г. договор о перемирии с Польшей на три года одиннадцать месяцев, причем поляки из Тушина должны были уйти в отечество, не был выполнен: бывшие в Тушине поляки отказались оставить Вора, а отпущенная из плена Марина , за которую было обещано, что она не будет именоваться московской царицей, попав намерено в Тушино, признала в Воре своего мужа, будто бы спасшегося от гибели 17 мая. При таких обстоятельствах царь, чтобы удержаться на престоле и прекратить смуту, обратился за помощью к Швеции, которая еще с 1606 г. настойчиво предлагала ее. Летом 1608 г. с этой целью в Новгород был послан князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский. 28 февраля 1609 г. в Выборге был подписан договор об оборонительном союзе Москвы с Швецией против Польши. Ценою уступки Корелы с уездом и отказа от прав на Ливонию Шуйский получил несколько тысяч наемников. С ними и с собранными в Новгороде служилыми людьми Скопин-Шуйский начал весной очищать от тушинцев города по дороге к Москве, но вынужден был остановиться в Твери, так как шведский отряд отказался идти дальше вследствие неуплаты жалованья. Между тем стойкая оборона Троицкой обители образумила одних, насилия и грабежи, чинимые в стране бродившими всюду отрядами польских наездников и русских «воров» подняли других, и с конца 1608 г. началось самостоятельное народное движение не столько за Шуйского, сколько против Тушина, в защиту порядка и имущества. Встали заволжские мужики, вскоре получившие руководящий центр в Вологде, сносившейся с Москвой и Скопиным-Шуйским; началась борьба против тушинцев и на Средней Волге и Оке, где руководителем был Нижний, опиравшийся на Казань и подходившие с юга отряды усмирившего Астрахань Шереметева. К концу 1609 г. усилиями всех названных отрядов тушинцы были выбиты из северной части Замосковья. Войска Скопина-Шуйского и Шереметева соединились в Александровской слободе. Отсюда были посланы два отряда в помощь Троицкому монастырю; осажденные с новыми силами нанесли полякам поражение, и 12 января 1610 г. осада была окончательно снята. В Москве это время проходило очень тревожно. Царь не пользовался сочувствием, и если еще многие сидели с ним в осаде, то только потому, что боялись худшего от Тушина. Отъезды недовольных царем к Вору стали обычным явлением; выработался особый тип перелетов, которые, переходя то на одну, то на другую сторону, старались получать выгоды от обоих правительств. Находились в числе сидевших в Москве и такие, как кн. Мстиславский и Авр. Палицын, которые состояли в переписке с польскими вождями Вора и сообщали им сведения о движении «станиц» Скопина и других. Население роптало и было готово к волнениям; повышение цен на хлеб и интриги не раз вызывали настоящие бунты. 25 февраля 1609 г. мятежники с князьями Романом Гагариным, Грязным и Сумбуловым во главе, ворвались в Кремль, требовали низложения Шуйского, осыпали оскорблениями стоявшего за царя патриарха Гермогена и, не добившись своего, большой толпой (около 300 человек) отъехали в Тушино. Даже боярин Крюк-Колычев, давний единомышленник Шуйских, пострадавший с ними в 1587 г. и царем Василием пожалованный в бояре, был уличен в заговоре против царя и в апреле 1609 г. казнен. Шли толки о близком цареубийстве, сроком которого назначали то «Николин день» (9 мая), то Вознесенье (25 мая), то Петров день (29 июня). В сентябре осадой Смоленска начал военные действия против Шуйского Сигизмунд, освободившийся от рокоша, недовольный союзом царя Василия с Швецией и желавший воспользоваться смутой на Руси для территориальных приобретений или даже рассчитывавший, по заявлениям бояр, сесть или посадить сына на московский престол. В Тушино к полякам явились послы от короля с предложением оставить «царика» и поступить на службу к Сигизмунду. Не ожидавший ничего хорошего для себя от начавшихся переговоров, Вор около 6 января 1610 г. бежал в Калугу, куда за ним потянулись казаки и некоторые из его «бояр», а в феврале приехала и Марина. Большинство русских чиновных тушинцев, с нареченным патриархом Филаретом и Михаилом Салтыковым во главе, решили просить у Сигизмунда сына его на престол московский. 4 февраля под Смоленском были подписаны условия, на которых Сигизмунд и послы тушинцев договорились воцарить в Москве Владислава. Значительная часть поляков поступила в войско короля; оставшиеся, не чувствуя себя в силах держаться под Москвой, зажгли опустевший лагерь и ушли к западу (в начале марта 1610 г.). Тушино пало, Москва освободилась от осады и 12 марта радостно встретила Скопина-Шуйского, на которого смотрели как на освободителя и от которого ждали дальнейших подвигов во славу родины. Пылкий Ляпунов еще раньше присылал молодому герою предложение воцариться на Москве. Неожиданная смерть Скопина (25 апреля), в которой молва обвиняла жену царского брата Димитрия, а Ляпунов, открыто – самого царя, лишила Шуйского последней опоры. В Москве к его прежним врагам прибавился еще в мае отполоненный у поляков Филарет Романов. Ляпунов поднял настоящее восстание, замыслив возвести на престол князя В. Голицына. Несчастная Клушинская битва (24 июня), в которой царские войска, с Д. Шуйским во главе, понесли тяжкое поражение от Жолкевского, решила судьбу «самоизбранного» царя. Угрожаемые с юга придвинувшимися отрядами Вора, вероломно предлагавшими Москве низложить обоих царей и сообща выбрать нового, с запада – Жолкевским, также возбуждавшим подметными письмами население столицы, москвичи не желали больше бороться за нелюбимого Василия. Собравшаяся 17 июля толпа, с Зах. Ляпуновым во главе, низложила царя и посадила за приставов его братьев. Опомнившись на другой день под насмешками тушинцев, предлагавших теперь в цари Москве своего Димитрия, некоторые стали думать о возвращении престола Шуйскому; на этом стоял и патриарх Гермоген, но враги низложенного насильно постригли его в монахи (19 июля) и заключили в Чудов монастырь. Гермоген, однако, не признал этого пострижения и еще надеялся возвратить Шуйскому корону. Подошедший к Москве Жолкевский, понимая, как опасно для успеха Владислава присутствие в Москве Шуйского, потребовал выдачи его с братьями, под предлогом создаваемых ими смут. Не добившись этого, он, вопреки Гермогену и его единомышленникам, настоял на переводе невольного инока поближе к польской границе, в Иосифов Волоколамский монастырь, а его братьев – в крепость Белую. Уходя из России, он захватил их всех с собой и 31 октября представил под Смоленском Сигизмунду как военнопленных. Они были отправлены в Польшу и, пережив еще унижение торжественной выдачи их Жолкевским королю и нации на сейме 19 октября 1611 г., были заключены в Густынский замок, где бывший царь и умер 12 сентября 1612 г. В 1620 г. Сигизмунд торжественно перенес его гроб в Варшаву, в нарочно построенный мавзолей, а в 1635 г. останки царя Василия были возвращены в Россию и погребены в Архангельском соборе.

Болотников Иван Исаевич (?-1608), предводитель восстания 1606-1607 гг., беглый холоп, был в турецком рабстве. Организатор повстанческой армии в южных районах России, под Москвой, Калугой, Тулой. В октябре 1607 г. сослан в Каргополь, ослеплён и утоплен.
Болотников Иван Исаевич, деятель Смутного времени. Сын холопа, ребенком взят в плен татарами; перепроданный попал в Венецию; пробираясь на родину, узнал в Польше о самозванце Лжедмитрии II; Болотников назвался его воеводой, соединился с князем Шаховским и с 12 тыс. войском пошел на царя Василия Шуйского. К Болотникову охотно шли крестьяне и холопы, увлекая с собою и дворян; его отряды грозили Москве. Шуйский со 100-тысячным войском едва справился с ним в Туле. Болотников сдался и после мучительной пытки казнен.
Болотников Иван Исаевич (год рождения неизвестен – умер в 1608 г.), предводитель крупного антифеодального восстания крестьян и холопов 1606-1607 гг. в России. Бывший холоп боярина Телятевского. В молодости бежал к казакам, был захвачен татарами и продан в рабство в Турцию на галеры. В результате поражения, нанесённого турецким галерам немецкими кораблями, Болотников освободился из неволи и оказался в Венеции, откуда через Польшу возвратился в Россию. Летом 1606 г. Болотников стал организатором и руководителем вспыхнувшего на Юге восстания. Крестьянская война охватила огромную территорию. Войско Болотникова нанесло крупные поражения армии царя Василия Шуйского и в октябре 1606 г. осадило Москву, но в битве 2 декабря 1606 г. потерпело поражение и отступило в Калугу, где было осаждено царскими войсками. В мае 1607 г. армия Болотникова разбила войска Шуйского и освободила Калугу, но затем (июнь 1607 г.) отряды Болотникова были осаждены в Туле (10 октября она пала). Болотников был схвачен, сослан в Каргополь, ослеплен и утоплен.
Болотников Иван Исаевич (?-1608) – предводитель Крестьянской войны 1606-1607 в России.
Бывший холоп боярина А. А. Телятевского, сбежавший от него в степь к казакам. Был захвачен татарами в плен при их набеге на Русь. Продан ими в рабство в Турцию, где работал на галерах. Одна из галер, в которой он находился, была захвачена в море итальянцами. Оказался в Венеции. Освободился из неволи и через Польшу возвратился в Россию. В Польше услышал о «чудесном спасении» Лжедмитрия I (к тому времени уже погибшем) и появлении в Самборе нового самозванца – также царевича Дмитрия. Им именовал себя некий Михаил Молчанов (возможный убийца Федора Годунова, сына Бориса Годунова). Болотников прибыл к нему, получил от него деньги и письмо к путивльскому воеводе князю Г. П. Шаховскому, находившемуся в оппозиции центральной власти (содержание письма неизвестно) и в 1606 г. прибыл в Путивль.
С помощью Г. П. Шаховского (противника царя Василия Шуйского) организовал отряд (около 12 тысяч человек) из холопов, беглых крестьян и казаков, которым обещал «гостей и всех торговых людей побивати и животы их грабити», обещая им от имени спасшегося царя прощение и налоговые льготы. Отряд быстро рос. К нему начали примыкать не только крестьяне и холопы, но и некоторые стрельцы, служилые люди, и даже князья и дворяне, недовольные правлением царя В. И. Шуйского. За короткое время восстание охватило огромную территорию. Целью восставших стало свержение Шуйского и передача власти «царю Димитрию», к чему Болотников призывал в своих грамотах. Болотников всюду распространял слух, что он сам видел «царя Димитрия», который и назначил его главным воеводой. Василий Шуйский выслал против Болотникова отряд под водительством князя Ю. Трубецкого, но последний, встретясь с Болотниковым под Кромами, отступил. Это послужило сигналом к восстанию многих городов, начавших высылать к Болотникову вспомогательные отряды.
Болотников сам участвовал в сражениях, отличался храбростью. В 50 верстах от Москвы, близ села Троицкого, Болотникова встретила московская рать под начальством Мстиславского. Однако Мстиславский, так и не вступив в бой, спасся бегством. Путь на столицу был открыт.
22 октября 1606 г. Болотников остановился в селе Коломенском, в семи верстах от Москвы. Его армия к тому времени насчитывала около 100 тысяч человек. В Коломенском Болотников построил острог и стал рассылать по Москве и разным городам грамоты призывая всех «целовать крест законному государю Димитрию Ивановичу». Он сумел сформировать здесь особые летучие отряды, которых перепуганные столичные бояре именовали «шайками», поскольку они своими набегами держали столицу по сути дела в осадном положении на протяжении 2 месяцев. Опасаясь усиления позиций мятежника, Василий Шуйский распорядился высылать в Москву ополчения дворян и детей боярских.
Ряд удачных приступов на острог Болотникова заставил последнего бежать из Коломенского. 2 декабря 1606 г. Болотников потерпел поражение от войск Шуйского у деревни Котлы. Оттуда он отошел к Калуге, где собрал «до 10 тысяч беглецов» (беглых крестьян) и хорошенько укрепил город: обнес ее тыном и двойным рвом.
Энергия Болотникова как предводителя восставших оставалась непоколебимой; его смущало лишь то, что названный Димитрий не являлся к нему на подмогу. Тогда среди терских казаков появился новый самозванец, Илейка Муромец, принявший на себя имя царевича Петра (будто бы сына Федора Ивановича, подмененного дочерью). Он отправился к Туле, и Болотников двинул свои войска из Калуги туда же в мае 1607 г. Даже на этом этапе движения на его сторону все еще переходили перебежчики из царских войск, верившие его посулам: Болотников щедро «раздавал» своим сторонникам вотчины приближенных Шуйского.
Соединившиеся армии восставших были осаждены царскими войсками в Туле 30 июня 1607 г. Город мужественно держался 3 месяца, а Болотников вынашивал план нового похода. Он рассчитывал снова захватить Коломну и уже по проторенной Коломенской дороге двинуться на Москву. Но этому не суждено было осуществиться.
По остроумной идее одного из военных советников В.Шуйского, часть Тулы затопили, запрудив реку Упу, и среди восставших начался голод. Начались переговоры о сдаче города. Царь обещал Болотникову милость, и 10 октября 1607 г. Болотников открыл ворота города, а сам явился пред Шуйским. По словам очевидцев, он снял с себя саблю, положил пред царем, ударил ему челом до земли и произнес клятвенное обещание служить царю верно до гроба, если тот, согласно своему целованию, не прикажет его умертвить. 18 октября царь прибыл в Москву. Сюда же перевезли и Болотникова, а также его сподвижников. Сразу после допроса их отвезли в тюрьму в городе Каргополь. Здесь Болотникову сначала выкололи глаза, а затем и утопили.
Советская историография сделала из занимавшихся грабежом и насилием казаков и крестьян смутного времени борцов за народное счастье. Не удивительно, что именем И. И. Болотникова в советское время была названа одна из тверских улиц возле станции Дорошиха. Ему же посвящена трилогия В. А. Замыслова «Горький хлеб». Имеется историческое полотно Э. Э. Лесснера «Начало боя крестьянской армии Болотников с царскими войсками у Нижних Котлов под Москвой».

Литература:

  1. Смирнов И.И. Восстание Болотникова.1606-1607 гг. Л., 1951;
  2. Скрынников Р.Г. Смута в России в начале XVII в. Иван Болотников. Л., 1988;
  3. Шикман А.П. Деятели отечественной истории. М., 1997.
Лев Пушкарев.

Болотников Иван Исаевич, - деятель Смутного времени, времени Шуйского. Болотников был холопом князя Телятевского, в детстве попал в плен к татарам, продан туркам, работал на турецких галерах, по освобождении попал в Венецию. Возвращаясь на родину через Польшу, он явился в Самборе к Молчанову, выдававшему себя за спасшегося царя Димитрия. Молчанов отправил Болотникова с письмом к путивльскому воеводе, князю Шаховскому. Последний поручил ему отряд в 12 тысяч человек. С ними Болотников отправился в Комарницкую волость и всюду распространял слух, что он сам видел Димитрия, назначившего его главным воеводой. Василий Шуйский выслал против Болотникова отряд под начальством князя Юрия Трубецкого, но последний, встретясь под Кромами с Болотниковым, отступил. Это послужило сигналом к восстанию многих городов, высылавших к Болотникову вспомогательные отряды; холопы и крестьяне, услыша призыв Болотникова, почти всюду поднимались на своих господ и примыкали к отряду его. Возмутилась и мордва, в надежде освободиться от московской власти. Кроме того, к Болотникову примкнуло ополчение Истомы Пашкова, к нему пристали и Ляпуновы – Захар и Прокопий – и отряд вольницы, пришедший из Литвы. Болотников направился к столице. Стоявшие на пути города все признали власть главного воеводы Димитрия; только в Коломне отважились сопротивляться, и это повлекло полное разграбление города. В 50-ти верстах от Москвы, близ села Троицкого, Болотникова встретила московская рать под начальством Мстиславского, который, не вступив в бой, едва спасся от преследований Болотникова. 22 октября 1606 г. Болотников остановился в селе Коломенском, в семи верстах от Москвы. Здесь он построил острог и стал рассылать по Москве и разным городам грамоты, возбуждая народ против богатых и знатных и призывая всех целовать крест законному государю Димитрию Ивановичу. Ополчение Болотникова увеличилось здесь еще более; из него выделялись отдельные шайки, по преимуществу холопов, которые своими набегами и разбоями держали столицу в осадном положении. Но затем в войске Болотникова произошло раздвоение: на одной стороне стояли дворяне и дети боярские, на другой холопы, казаки и вообще мелкие безыменные люди. У последних главою был Болотников, а начальниками первых – Истома Пашков и братья Ляпуновы. Между вождями возникли несогласия, и результатом их был переход на сторону Шуйского сначала Ляпуновых, а затем Истомы Пашкова. Шуйский, между тем деятельно принявшийся за укрепление Москвы, с самого появления Болотникова, теперь стал получать подкрепления от переходивших на его сторону городов, которые высылали к нему ополчения дворян и детей боярских. Ряд удачных приступов на острог Болотникова заставляет последнего бежать из-под Москвы. Болотников засел в Калуге; укрепил ее, собрал до 10 тысяч беглецов и приготовился к обороне. Высланные сюда Шуйским отряды (наибольший под начальством Мстиславского) обложили город со всех сторон, производили частые приступы, разбили подходившее на помощь Болотникову ополчение под начальством князя Масальского, но энергия Болотникова оставалась непоколебимой; одно только его смущало: названный Димитрий не являлся. Тогда среди терских и волжских казаков появился новый самозванец, принявший на себя имя царевича Петра, будто бы сына Федора Иоанновича, подмененного дочерью, вскоре умершей; он уже подступал к Путивлю, и им-то тогда князь Шаховской решил воспользоваться для поддержания восстания. Он отправил его в Тулу, а затем двинулся и сам. На выручку Болотникову он отправил отряд под начальством князя Телятевского. Последний разбил царских воевод, князей Татева и Черкасского, под Калугой, на Пчелке (2 мая). Тогда Болотников сделал вылазку из Калуги и направился в Тулу, где уже были Шаховской и Петр. 30 июня подступил к Туле с большим войском (около 100 тысяч человек) царь Василий Шуйский. Началась осада Тулы, продолжавшаяся немного более трех месяцев. По предложению муромского боярского сына Кравкова, запрудой Упы была затоплена Тула, где наступил голод. Начались переговоры о сдаче. Царь обещал Болотникову и Шаховскому милость, и 10 октября 1607 г. боярин Колычев занял Тулу. Болотников явился пред Шуйским, снял с себя саблю, положил пред царем, ударил ему челом до земли и произнес клятвенное обещание служить царю верно до гроба, если тот, согласно своему целованию, не прикажет его умертвить. Болотникова и других начальников мятежа после допроса засадили в тюрьму, в Каргополе. Здесь сначала Болотникову выкололи глаза, а затем и утопили.

Телятевский Андрей Андреевич (?-1612), князь, боярин (1599 г.). Летом 1606 г., будучи воеводой в Чернигове, примкнул к восстанию И. И. Болотникова. В 1607 г. разбил царские войска под Венёвом, Тулой, Калугой. При сдаче восставшими Тулы был выдан царю Василию Шуйскому.
Телятевский Андрей Андреевич (умер в 1612 г.), русский политический и военный деятель начала XVII в., князь, боярин (с 1599 г.). Участвовал в разгроме войск Лжедмитрия I под Добрыничами (январь 1605 г.). При переходе армии под Кромами на сторону Лжедмитрия I бежал в Москву, а в его правление находился в опале. В 1606 г. был воеводой в Чернигове и примкнул к восстанию под руководством И. Болотникова (который, по некоторым данным, прежде был его военным холопом). В феврале 1607 г. Телятевский разбил правительственные войска под Венёвом и в марте – под Тулой. Возглавил поход на помощь осажденной в Калуге армии Болотникова, в ходе которого в мае выиграл сражение под Калугой. Участвовал в неудачной для восставших битве на р. Восме (5-7 июля 1607 г.). По некоторым известиям, при сдаче Тулы 10 октября 1607 Телятевский был выдан царю Василию Ивановичу Шуйскому.
Телятевский (князь Андрей Андреевич) – известный деятель эпохи Смутного времени. В 1605 году Телятевский, со своим отрядом, остался верен Годуновым и должен был бежать в Москву, когда понял, что приверженцы Самозванца одержали верх; позже он был заключен в тюрьму. В 1607 г., когда царем был Василий Шуйский, появились слухи о новом самозванце. В видах самозащиты царь Василий отрекся от того, что говорил раньше о смерти царевича, и с большой торжественностью перенес тело убиенного из Углича в Москву, всем объявив, что Димитрий был действительно убит. Телятевский возмутился этим и стал на сторону нового Димитрия, хотя точно о нем никто еще не знал ничего. Ставший во главе восстания против Шуйского Болотников был холопом князя Телятевского, который, вероятно, имел на него влияние. При появлении Лже-Петра Болотников склонял народ на сторону этого нового самозванца, а князь Телятевский 2 мая, при Пчельне, разбил царское войско под начальством воевод Татева и Черкасского. Мятежники основались при р. Восме и 21 мая на берегах этой реки произошло сражение; царское войско одержало победу. Князь Телятевский, предводительствовавший войсками самозванца, с небольшим уцелевшим отрядом бежал в Тулу и там скрывался вместе с Шаховским, Болотниковым и Лже-Петром. Царь лично осадил Тулу. Осажденные два раза посылали в Польшу с просьбой выслать какого-нибудь нового Лжедимитрия – и он, наконец, нашелся в лице Тушинского вора. Тула продержалась до 10 октября; сдача была вызвана обещаниями помилования. Помилования, однако, не было; Болотникова утопили, Лже-Петра повесили, Шаховского сослали в пустынь на Кубенское озеро. Какая участь постигла князя Телятевского – достоверно неизвестно. Умер он в 1612 г., в боярском сане. Ссылаясь на это указание, Карамзин думает, что «князя Телятевского, знатнейшего и тем виновнейшего изменника, не лишили ни свободы, ни боярства»; но Соловьев предполагает, что при Шуйском он мог быть в опале и умереть все же в боярском сане, вернув его себе после свержения Василия Шуйского.

Минин Кузьма Минич (?-1616), нижегородский посадский человек, с сентября 1611 г. земский староста. Инициатор и один из руководителей Второго ополчения 1611-1612 гг., соратник князя Д. М. Пожарского. В сражениях за Москву против польского гарнизона проявил личную храбрость. В 1612-1613 гг. член земского правительства («Совета всей земли»). В 1613 г. вошёл в состав Боярской думы (пожалован в думные дворяне).

Минин Кузьма, сын Захарьев-Сухорукий, деятель Смутного времени, нижегородский купец, земский староста, в 1611 г. по получении грамоты патриарха Гермогена убедил народ «стать за веру», сформировал ополчение. В 1612 г. с князем Пожарским в Ярославле во главе ополчения, пожалован вотчинами и думным дворянством, умер в 1616 г. В 1815 г. воздвигнут памятник в Нижнем Новгороде, в 1826 г. – в Москве.
Минин (Сухорук) Кузьма (г. рождения неизвестен – умер в середине 1616 г.), один из организаторов и руководителей второго ополчения в период Польской и шведской интервенции начала XVII века. Минин – нижегородский посадский человек. 1 сентября 1611 г. был избран земским старостой и возглавил сбор средств для народного ополчения и движение за его организацию. Военное руководство по совету Минина принял князь Д. М. Пожарский. До созыва земского собора 1613 г. Минин входил в «Совет всея земли», сформировавшийся в начале 1612 г. в Ярославле и выполнявший функции правительства. В боях за Москву 22-24 августа 1612 г. проявил большую активность и личную храбрость. В 1613 г. Минин вошёл в состав Боярской думы, получив чин думного дворянина. Минин – один из наиболее популярных национальных героев русского народа. На Красной площади в Москве Минину и Пожарскому установлен в 1818 г. памятник (скульптор И. П. Мартос).
Минин Кузьма Минич (?-1616), один из организаторов и руководителей второго ополчения 1611-1612 гг. Нижегородский посадский. Служил в ополчении Алябьева и Репнина. Избранный в сентябре 1611 г. земским старостой, возглавил движение по организации ополчения и сбору для него денежных средств. По совету Минина к военному руководству ополчением был приглашён князь Д. М. Пожарский; хозяйственная часть была поручена Минину. До созыва Земского собора 1613 г. Минин входил в состав «Совета всея Земли», созданного в Ярославле. При освобождении Москвы 24 августа 1612 г. отряд под командованием Минина, переправившись через Москву-реку из стана Пожарского на Остоженке, нанёс фланговый удар по противнику (в районе современного Крымского моста), в результате которого начался разгром войск гетмана Я. Ходкевича. На следующий день после своего венчания на царство (12 июля 1613 г.) царь Михаил Фёдорович пожаловал Минину звание думного дворянина и вотчины. Минин пользовался большим доверием царя, жил в царском дворце. В 1615 г., во время поездки царя в Троице-Сергиеву лавру, Минину вместе с ближними боярами было поручено «беречь Москву». Похоронен в нижегородском Преображенском соборе. В 1818 г. на Красной площади установлен памятник Минину и Пожарскому (скульптор И. П. Мартос).
Ю. Лубченков.

Минин Кузьма Захарьевич, по прозванью Сухорук – один из «освободителей отечества» от поляков в 1612 г. Биография его до его выступления в 1611 г. неизвестна. Посадский человек Нижнего Новгорода, по-видимому, среднего достатка, торговавший мясом, он, кажется, ничем особенным не выделялся из рядов «братьи своей», посадских людей. В эпоху смуты при царе Василии Шуйском, когда Нижнему угрожали восставшие инородцы и тушинцы, Минин, по некоторым указаниям, принимал участие, как и другие посадские, в походах против врагов, в отряде воеводы Алябьева. С осени 1611 г. скромный мясник становится первым человеком в родном городе. В эту критическую для России пору, когда после гибели Ляпунова ополчение его распадалось, и власть над страной захватили казачьи воеводы – Заруцкий и Трубецкой когда Новгород был уже занят шведами, Смоленск взят Сигизмундом, а в Псковской области действовал новый «царь Димитрий», когда в связи с этим уныние, малодушие и отчаяние захватили многих, и местные и личные интересы стали брать верх над общегосударственными, - Минин глубоко скорбел о бедствиях отечества и думал о средствах помочь ему. По его словам, святой Сергий трижды являлся ему во сне, побуждая выступить с призывом, и даже наказал за непослушание. Избрание свое в земские старосты Нижнего около нового года (1 сентября) Минин понял как указание перста Божьего. В земской избе и «иде же аще обреташеся» он стал призывать посадских людей порадеть об отечестве и личным примером побуждал к пожертвованиям для найма ратных людей. К начинанию скоро пошедшего за Мининым посада примкнули и власти, и весь город; был составлен приговор о принудительном сборе со всех хозяев города и уезда «пятой деньги», то есть пятой части имущества, приглашены в ополчение бездомные скитальцы-смольняне, и выбран в воеводы князь Дм. М. Пожарский. По его предложению, Минину было поручено заведование казной ополчения. С званием «выборного человека», простой нижегородец стал рядом с князем Пожарским, а после, под Москвой и в Москве, и с князем Трубецким, во главе ополчения и образовавшегося в нем правительства. Принимая участие во всех делах правительственных, Минин, главным образом, ведал казну и обеспечение ратных людей необходимыми запасами и припасами и денежным жалованьем, с чем и справился успешно, несмотря на трудности сборов в разоренной смутой стране. Под Москвой, в битве с Ходкевичем, Минин показал и военную доблесть, решив бой смелым ударом выбранного им самим отряда. Царь Михаил пожаловал Минина 12 июля 1613 г. думным дворянством и землей в Нижегородском уезде. В 1614 г. ему был поручен сбор первой пятины с гостей и торговых людей в столице; в мае 1615 г. он был в боярской коллегии, «ведавшей Москву» во время богомолья государева; в декабре того же года послан с князем Гр. П. Ромодановским в казанские места «для сыску» по поводу бывшего здесь восстания инородцев. Вскоре после этого – до мая 1616 г. – Минин умер. Погребен он в Нижнем, в нижнем этаже Спасо-Преображенского собора, где в его память устроен придел во имя Косьмы и Дамиана, освященный в 1852 г. Правительство со вниманием относилось ко вдове и сыну Мининым (дальнейшего потомства у него не было). Сказания и повести о смуте, начавшие появляться с 1617 г., и другие известия свидетельствуют о высокой оценке подвига Минина его современниками; у следующих поколений слагались уже и легенды, еще более возвеличивавшие его. Историки XVIII в. не дали научной обработки биографии Минина и его дела; не дошел до него в своей «Истории» и Карамзин . «Пииты» XVIII в., любившие обращаться за сюжетами к родной старине, не создали ничего значительного и законченного о Минине, но с началом нового столетия появляется целый ряд панегириков ему и в прозе и в стихах, выставлявших его образцовым гражданином. Это закреплено манифестом 1812 г.

Минин Кузьма Минич (?-1616) – организатор ополчения против польских интервентов в начале XVII в.
Происходил из семьи балахнинского солепромышленника Мины Анкудинова. «Минин» - первоначально было отчеством, затем стало родовой фамилией. Приехав в Нижний Новгород, Минин торговал мясом и рыбой. Избранный земским старостой, начал формировать в городе народное ополчение. По преданию, он отдал треть имущества на организацию ополчения, в том числе драгоценности жены и серебряные оклады с икон. Хронограф 1617 г. цитирует призыв Минина к нижегородцам: «Не следует жалеть своего имущества; да не только имущества! Не пожалейте и дворы свои продавать, и жен, и детей закладывать!»
Главным воеводой Минин пригласил Дмитрия Пожарского, став казначеем ополченцев и их административным руководителем. Взимал с населения «пятую», а то и «третью деньгу» (треть имущества), платил ратникам, закупал вооружения и припасы. По словам Н. И. Костомарова, в нем сочетались «черты диктатора с крутыми, жесткими мерами».
Зимой 1611-1612 гг. под началом Минина и Пожарского в Ярославле оформилось своеобразное правительство, «Совет всея земли», которое рассылало распоряжения в другие города и уезды. Минин был неграмотным, подпись за него на распоряжениях ставил Пожарский («В выборного человека всею землею в Козмино место Минино князь Дмитрей Пожарской руку приложил»). Неграмотность Минина не мешала ему быть отличным организатором, он хорошо разбирался в платежеспособности населения, назначении воевод, рассматривал жалобы и челобития. Аристократы и служилое провинциальное дворянство были недовольны тем, что споры разрешает какой-то нижегородский торговец («Пусть х[о]лоп возделывает землю, поп пусть знает церковь, Кузьмы пусть занимаются торговлей»). Сановники сумели оттеснить его на задний в план в перечне лиц, подписывавших документы «Совета всея земли». Пожарский в этом перечне оказался на десятом, а Минин на пятнадцатом месте.
В боевых действиях Первого (февраль-март 1612 г.) и Второго (июль-октябрь 1612 г.) ополчений Минин играл более заметную роль. Вместе с «тремя сотнями дворянских», проявляя воинскую доблесть и мужество, он, «перешед за Москву реку [в]ста[л] против Крымского двора» и не пропустил к Кремлю пришедшие на подмогу полякам, засевшим в Кремле, отряды польского гетмана Яна Карла Ходкевича. В октябре 1612 г. изголодавшиеся поляки капитулировали. По свидетельству современников, именно Минин принимал у них имущество, которое раздавал затем воинам-казакам.
С осени 1612 г. и до венчания на царство Михаила Романова в феврале 1613 г. во главе земского правительства стоял триумвират – Минин, Пожарский и князь Трубецкой, Минин занимался финансово-хозяйственными вопросами. После избрания Михаила Романова он получил чин думного дворянина и вотчину в селе Богородском под Нижним Новгородом с 9 деревнями «в род неподвижно». Как член Боярской думы, продолжал жить в Москве, собирал пятину (20%) с имущества посадских людей, пополняя истощенную Смутой казну, участвовал в управлении государством, если царь выезжал из столицы.
Зимой 1615 г. в Поволжье восстали татары и черемисы. Для выяснения причин Минин был отправлен в Казань. Умер на обратном пути в Нижнем Новгороде, не успев добраться до Москвы. Похоронен в нижегородском Преображенском соборе.
Минину и Пожарскому поставлен памятник в Москве на Красной площади (скульптор И. П. Мартос), памятник одному Минину в Нижнем Новгороде (скульптор А. И. Мельников). Образ Минина запечатлели в XIX в. художники А. Кившенко («Воззвание Кузьмы Минина к нижегородцам»), М. Скотти («Минин и Пожарский»). В 1939 г. режиссерами В. Пудовкиным и М. Доллером снят фильм «Минин и Пожарский».

Литература:

  1. Буганов В.И. «Выборный человек всею землею» Кузьма Минин. -Вопросы истории. 1980, № 9;
  2. Скрынников P.Г. Минин и Пожарский. Хроника Смутного времени. М., 1981;
  3. Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Москва, 1997.
Лев Пушкарев, Наталья Пушкарева.

Пожарский Дмитрий Михайлович (1578-1642), князь, государственный и военный деятель, боярин (с 1613 г.). С 1610 г. воевода в Зарайске. Участник Первого ополчения 1611 г. С октября один из руководителей Второго ополчения 1611-1612 гг. и Земского правительства. Участвовал в отражении похода войска польского королевича Владислава к Москве в 1618 г. В 1617-1640 гг. возглавлял ряд приказов, участвовал в переговорах с английскими, польскими и крымскими послами.

Пожарский, князь Дмитрий Михайлович, деятель Смутного времени, родился в 1578 г., умер в 1641 г.; при Лжедмитрии был стольником; с 1608 г. воеводой, в 1611 г. ранен под Москвой при стычке с поляками. По совету Минина принял начальство над нижегородским ополчением. Как глава его, он являлся носителем верховной власти, но большого авторитета не имел. По взятии Москвы Пожарский стал второстепенным лицом. Памятники в Москве и Нижнем Новгороде.
Пожарский Дмитрий Михайлович [1.11.1578 – 20(30).4.1642, Москва, похоронен в Суздале], государственный и военный деятель России, князь. Происходил из ветви рода князей Стародубских. В 1598 г. стряпчий и член Земского собора, с 1602 г. стольник, с 1613 г. боярин. Участвовал в подавлении Крестьянского восстания под предводительством И. И. Болотникова; в 1608-1610 гг. сторонник Василия Ивановича Шуйского в его борьбе с Лжедмитрием II; с начала 1610 г. воевода в Зарайске. Участник Первого ополчения 1611 г. и восстания против польско-литовских интервентов в Москве 19-20 марта, в ходе которого был ранен. С конца октября 1611 г. один из руководителей второго ополчения. В конце 1612 г. – начале 1613 г. Пожарский (вместе с Д. Т. Трубецким) во главе временного. правительства. В 1615 г. руководил боевыми действиями против польских отрядов А. И. Лисовского на Юго-Западе страны, в 1618 г. участвовал в отражении похода польских войск во главе с Владиславом IV, в 1633-1634 гг. 2-й воевода русской резервной группы войск в Можайске. В 1616-1618 гг. и в 1632-1633 гг. возглавлял сбор пятины; руководил приказами: Галицкой четью (1617 г.), Ямским (1619-1628 гг.), Разбойным (1621-1628 гг.), Приказных дел (1631-1632 гг.), Московским судным [1634-1638 гг., 1639 (ноябрь)-1640 гг.]. Участник русско-английских (1617 г.), русско-польских (1635 г.) и русско-крымских (1630-1640 гг.) переговоров. Воевода в Новгороде (1628-1630 гг.). Был одним из богатейших землевладельцев 1-й половины XVII в. В 1804-1818 гг. Пожарскому и К. Минину сооружен памятник на Красной площади в Москве (бронза, гранит, скульптор И. П. Мартос).

Литература:

  1. Любомиров П. Г., Очерк истории Нижегородского ополчения 1611-1613 гг., М., 1939.
  2. Савелов Л. М., Князья Пожарские, т. 1, М., 1906.
В. Д. Назаров.

Пожарский (князь Дмитрий Михайлович, 1578-1641) – знаменитый деятель Смутного времени. При Борисе Годунове был стряпчим с платьем, при Лжедмитрии – стольником; в 1608 г. послан был для защиты Коломны; в 1609 г., действуя против разбойничьих шаек в окрестностях Москвы, разбил атамана их Салькова на реке Пехорке; в 1610 г. назначен был воеводой в Зарайск; в 1611 г., участвуя в нападении на поляков, овладевших Москвой, был ранен на Лубянке и отправился на лечение в свою нижегородскую Пурецкую волость. Сюда, по указанию Минина, явились к нему послы с предложением принять начальство над нижегородским ополчением, поднявшимся для спасения Москвы; со своей стороны Пожарский потребовал, чтобы при ополчении выборным от посадских человеком был Минин. Став во главе ополчения, Пожарский в лице своем вмещал всю верхнюю власть над русской землею и писался «у ратных и земских дел по избранию всех чинов людей московского государства»; но в том великом деле, которое совершил под его начальством русский народ, личность самого Пожарского проявлялась весьма мало. Он не пользовался особым авторитетом и сам про себя говорил: «Был бы у нас такой столп, как князь Василий Васильевич Голицын, - все бы его держались, а я к такому великому делу не придался мимо его; меня ныне к этому делу приневолили бояре и вся земля». Остановившись с ополчением в Ярославле, Пожарский целое лето медлил двинуться на Москву, несмотря на неоднократные увещания троицких властей, указывающих на возможность и опасность появления короля Сигизмунда. Выступив из Ярославля, Пожарский шел чрезвычайно медленно, сворачивал с дороги, ездил в Суздаль кланяться гробам своих отцов и прибыл к Москве одновременно с Ходкевичем, успевшим между тем собрать провиант для польского гарнизона, засевшего в Москве. Этот провиант был отбит у Ходкевича казаками, под начальством князя Д. Т. Трубецкого, что и решило участь польского гарнизона: через два месяца голод принудил его сдаться. Со взятием Москвы оканчивается первостепенная роль Пожарского, в грамотах пишется первым имя князя Д. Т. Трубецкого, а имя Пожарского стоит вторым, в товарищах. Из источников (кроме некоторых памятников с характером поэтическим) не видно, чтобы Пожарский играл руководящую или хотя бы видную роль в избрании и венчании на царство Михаила Федоровича. Новый царь возвел его из стольников в бояре, но существеннейшие награды, состоявшие из вотчин, Пожарский получил не из числа первых. Во все царствование Михаила Федоровича Пожарский занимал лишь второстепенные должности, не считаясь даже из первых и особо заслуженных среди знати, как об этом свидетельствует местничество его в 1614 г. с Борисом Салтыковым, окончившееся выдачей Пожарского головою Салтыкову. В 1614 г. Пожарский действовал против Лисовского, но вскоре оставил службу по болезни; в 1618 г. отправлен был против Владислава, но не в качестве главноначальствующего; в 1628-1631 гг. был воеводой в Новгороде; в 1635 г. заведовал судным приказом, в 1638 г. был воеводой в Переяславле-Рязанском. Пожарскому поставлены памятники в Москве (на Красной площади) и Нижнем Новгороде. В 1885 г. на могиле его, открытой в 1852 г. графом Уваровым в Спасо-Евфимиевском монастыре в Суздале, сооружен памятник на средства, собранные по народной подписке.

Пожарский Дмитрий Михайлович (1578-1642, Москва), князь, один из руководителей Второго ополчения против польских интервентов. Из рода князей Стародубских. С 1602 г. стольник при дворе царя Бориса Годунова, с 1613 г. боярин. В 1609 г. во время «московского осадного сиденья» оставался при царе Василии Шуйском. В 1610 г. назначен воеводой в Зарайск, где возглавил отпор войскам Лжедмитрия II. В начале 1611 г. участвовал в организации первого ополчения П. П. Ляпунова. Во время восстания москвичей против поляков 19-20 марта 1611 г. был ранен и вывезен в Троице-Сергиев монастырь, а затем в родовую вотчину в Суздальском уезде. В конце 1611 г. совместно с К. Мининым возглавил Второе народное ополчение. В конце февраля 1612 г. Пожарский во главе ополчения выступил из Ярославля, 14 августа был встречен воеводами и духовенством в Троице-Сергиевом монастыре, 18 августа ополчение двинулось к Москве и остановилось в 5 верстах от столицы, 19 августа стало у Арбатских ворот, откуда ожидали нападения Я. Ходкевича. 21-24 августа произошло сражение Пожарского с польско-литовским войском под командованием гетмана Ходкевича, пытавшимся прорваться извне в Кремль на помощь находившимся там полякам. Победа в сражении 21-24 августа предрешила судьбу вражеских гарнизонов в Китай-городе и Кремле, которые капитулировали 22-26 октября 1612 г. После взятия Кремля Пожарский возобновил (или выстроил заново) церковь Введения Пречистой Богородицы на Лубянке, в которой была установлена икона Казанской Богоматери, сопровождавшая русские войска во время похода к Москве и боёв в столице. В конце 1612 г. – начале 1613 г. Пожарский (вместе с Д. Т. Трубецким) возглавлял временное правительство в Москве. В 1615 г. Пожарский руководил военными действиями против польских отрядов А. И. Лисовского на юго-западе страны, в 1618 г. участвовал в отражении похода польских войск во главе с Владиславом IV. С 1619 г. ведал Ямским, в 1621-1628 гг. – Разбойным, в 1636-1637 гг. и 1640-1642 гг. – Судным приказами. В 1628-1630 гг. воевода в Новгороде. Во время русско-польских войн 1632-1634 гг. был воеводой армии прикрытия, сформированной в районе Можайска. В 1637 г. наблюдал за работами (в районе Яузы) по возведению земляного вала в Москве в связи с угрозой нападения крымского хана. На средства Пожарского строился Казанский собор в Москве, куда, по преданию, он сам перенёс икону Казанской Богоматери. Двор Пожарского находился в Москве на Лубянке (на углу с современным Фуркасовским переулком, владения 12-14). Владел также селом Медведковом. В 1804-1818 гг. К. Минину и Пожарскому сооружён памятник на Красной площади в Москве (скульптор И. П. Мартос).

Литература:

  1. Березов П.И., Д. Пожарский, М., 1954;
  2. Забелин И.Е., Минин и Пожарский. Прямые и кривые в Смутное время, 4 изд., М., 1901.
Пожарский Дмитрий Михайлович (1578-1642) – князь, русский политический и военный деятель, боярин.
Родился 1 ноября 1578 г., село Мугреево Суздальского уезда. Сын Михаила Федоровича Пожарского из рода князей Стародубских (происходивших от Всеволода Большое Гнездо). Службу начал в 1593 г. при дворе Федора Ивановича, при Борисе Годунове стал стряпчим, при Лжедмитрии I (присягнув ему) – стольником. В 1610 г. назначен Василием Шуйским воеводой в Зарайск и получил 20 деревень. После низложения Шуйского присягнул польскому королевичу Владиславу, однако когда польский король Сигизмунд III стал претендовать на русский престол, вошел в Первое ополчение, руководимое П. Ляпуновым. В марте 1611 г. был ранен в сражении на Сретенке и вывезен в принадлежавшую Пожарским Пурецкую волость в Нижегородчине.
Сюда, по указанию Кузьмы Минина, к нему явились послы с предложением стать воеводой Второго ополчения, собранного в Нижнем Новгороде. Пожарский согласился, но в ополчении и в образованном в Ярославле правительстве «Совете всея земли» (февраль 1612 г.) фактически оказался на вторых ролях рядом с Мининым.
Летом 1612 г. к засевшему в Кремле польскому гарнизону двинулось на подмогу подкрепление под командованием гетмана Ходкевича (12 тысяч человек), в ответ Пожарский привел ополченцев к столице, встав у Арбатских ворот. 22 августа поляки начали переправу через Москву-реку к Новодевичьему монастырю, скапливаясь возле него, но конница Пожарского при поддержке казаков князя Д. Т. Трубецкого оттеснила Ходкевича к Поклонной горе. 22-24 августа Пожарский заставил поляков перейти к обороне. Он отбил провиант, привезенный для польского гарнизона Ходкевичем, после чего участь поляков была решена, голод принудил их сдаться 26 октября 1612 г.
Со взятием Москвы окончилась история Второго ополчения. Впоследствии Пожарский не играл видной роли в избрании царя Михаила Романова, новый царь возвел его из стольников в бояре (1613 г.), но крупных вотчин Пожарский не получил. Во время русско-польской войны 1614 г. принимал участие в сражении под Орлом против польского авантюриста Лисовского. Затем ведал в Москве «казенными деньгами», оборонял от литовских налетчиков Калугу, участвовал в военных операциях против королевича Владислава, служил воеводой в Новгороде и Переяславле-Рязанском, заведовал Судным приказом. Перед смертью в 1642 г. принял схиму и духовное имя Кузьмы в память своего сотоварища по ополчению. Погребен в родовой усыпальнице Спасо-Евфимьевского монастыря в Суздале.
Д. М. Пожарскому и К. Минину воздвигнуты памятники на Красной площади (скульптор И. П. Мартос, 1818 г.), в Нижнем Новгороде (скульптор А. И. Мельников, 1826 г.). В 1885 г. на его могиле в Суздале сооружен памятник на народные средства. Образ Пожарского запечатлен в живописных полотнах В. Е. Савинского «Больной князь Пожарский принимает послов» (1882 г.), М. Скотти «Минин и Пожарский», в фильме «Минин и Пожарский» режиссеров В. Пудовкина и М. Доллера

Литература:

  1. Савелов Л.М. Князья Пожарские. М., 1906;
  2. Скрынников Р.Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981;
  3. Смирнов С.К. Биография князя Д.М.Пожарского. М., 1852;
  4. Шамшурин В.А. (сост.) Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский. М., 1997.
Лев Пушкарев, Наталья Пушкарева

Трубецкой Дмитрий Тимофеевич – боярин, правитель московский. Впервые поминается в 1608 г., в звании стольника, и затем в Смутное время. В 1610-1612 гг. участвовал в целом ряде сражений против поляков, много содействовал освобождению от последних столицы и на время после изгнания врагов и до избрания Михаила Федоровича был избран главным и единственным правителем государства. За свои деяния получил титул «Спасителя отечества». Впоследствии очистил Новгород от шведов и умер в 1625 г. воеводой в Тобольске.

Трубецкой Дмитрий Тимофеевич (?-1625), князь, государственный и военный деятель, воевода. В 1608-1610 гг. в Тушинском лагере Лжедмитрия II. Один из организаторов и руководителей Первого ополчения 1611 г., после распада которого остался вместе с И. М. Заруцким во главе «подмосковных таборов», которые блокировали польский гарнизон. После соединения с отрядами Второго ополчения 1611-1612 гг. вместе с князем Д. М. Пожарским возглавил земское правительство («Совет всей земли»). Один из претендентов на трон на Земском соборе 1613 г.
Трубецкой Дмитрий Тимофеевич (?-1625), князь, боярин. Впервые упомянут в декабре 1608 г., когда после боя на Ходынке «отъехал» в Тушинский лагерь. Получил от Лжедмитрия II сан боярина. После убийства последнего в Калуге Трубецкой возглавил отряды южного провинциального дворянства и казаков. В феврале 1611 г. вступил в переговоры с П. П. Ляпуновым об организации ополчения и стал одним из его руководителей. После раскола ополчения (июль 1611 г.) остался вместе с И. М. Заруцким под Москвой и блокировал польский гарнизон. В августе 1612 г. отряды Трубецкого участвовали в битве с Я. К. Ходкевичем, в освобождении Москвы от поляков. Фактически Трубецкой вместе с князем Д. М. Пожарским возглавлял временное московское правительство. На Земском соборе 1613 г. имя Трубецкого называлось в качестве одного из претендентов на русский престол.
Трубецкой Дмитрий Тимофеевич (год рождения неизвестен - умер 24.6.1625), русский политический и военный деятель начала XVII в., князь. Впервые упомянут в декабре 1608 г., когда после боя на Ходынке «отъехал» в Тушинский лагерь. При Лжедмитрии II стал боярином. В 1611 г. был одним из организаторов и руководителей Первого ополчения. После раскола ополчения (июнь 1611 г.) остался вместе с И. М. Заруцким под Москвой во главе так называемых подмосковных таборов, которые блокировали польский гарнизон. С конца сентября, после слияния отрядов Трубецкого с войсками Второго ополчения, вместе с князем Д. М. Пожарским возглавил временное русское правительство. На Земском соборе 1613 г. имя Трубецкого называлось в качестве одного из претендентов на русский престол. После 1613 активной политической роли не играл.

Литература:

  1. Долинин Н. П., Подмосковные полки (казацкие «таборы») в национально-освободительном движении 1611-1612 гг., Хар., 1958;
  2. Платонов С. Ф., Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв., М., 1937.
Заруцкий Иван Мартынович, атаман донских казаков, в 1608 г. с 5 тысячами казаков примкнул к Лжедмитрию II; энергично защищал Тушино, в 1611 г. присоединился к ополчению Ляпунова; с ним и Трубецким составлял временное правительство; в 1612 г. тщетно старался задержать ополчение Пожарского; захватив Марину и разграбив ряд городов, укрепился в Астрахани. В 1614 г. у Яика казаки выдали его и Марину с сыном воеводе Одоевскому. Посажен на кол в Москве.
Заруцкий Иван Мартынович (?-1614), атаман донских казаков. Участвовал в восстании Болотникова 1606-1607 гг. В 1608-1610 гг. поддерживал Лжедмитрия II, пожалован им в бояре. Один из руководителей Первого ополчения 1611 г., после распада которого пытался выдвинуть на русский престол самозванца Сидорку, затем сына М. Мнишек «царевича» Ивана Дмитриевича. В 1613 г. бежал на Дон, затем в Астрахань. Выдан правительству яицкими казаками. Посажен на кол в Москве.
Заруцкий Иван Мартынович (г. рождения неизвестен, Тернополь, - умер в 1614 г., Москва), предводитель казачьих отрядов в России в начале XVII в. До лета 1607 г. был в войске И. И. Болотникова, затем ушёл к Лжедмитрию II, руководил отрядом донских казаков и был пожалован им в бояре. С распадом Тушинского лагеря Заруцкий перешёл на сторону польского короля Сигизмунда III. Осенью 1610 г. вернулся в Калугу к Лжедмитрию II; после смерти самозванца женился на вдове Лжедмитрия Марине Мнишек. В январе 1611 г. Заруцкий примкнул к первому ополчению, в правительстве которого после убийства П. Ляпунова добился первенства. Однако стремясь осуществить свои честолюбивые замыслы, Заруцкий в 1612 г. выступил против народного ополчения и пытался организовать покушение на князя Д. М. Пожарского. Продвижение ополчения к Москве заставило Заруцкого уйти из-под Москвы в Астрахань. В 1614 г. с приближением правительственных войск и спасаясь от народного восстания, вспыхнувшего в Астрахани, Заруцкий бежал в уральские степи, где казаки выдали его правительству. Заруцкий и сын Марины Мнишек были казнены в Москве, Марина умерла в заточении.

Литература:

  1. Вернадский В. Н., Конец Заруцкого, «Уч. зап. Ленинградского государственного педагогического института», 1939, № 19;
  2. Долинин Н. П., Подмосковные полки (казацкие «таборы») в национально-освободительном движении 1611-1612 г., Хар., 1958.

Заруцкий Иван Мартынович – предводитель русского казачества в эпоху Смуты. Родом из Тарнополя, Заруцкий из татарской неволи, куда попал еще ребенком, бежал к донским казакам, у которых скоро стал атаманом. Волнения на Дону, в связи с появлением в Польше «царевича Димитрия», захватили и Заруцкого. Есть указание, что он с первым самозванцем пришел в Москву. Гибель Лжедимитрия вернула Заруцкого на Дон, но вскоре он, в войсках Болотникова, был уже вновь под столицей. Вместе с Болотниковым выдерживал осаду в Туле, но потом был послан на поиски все еще не являвшегося «царя Дмитрия», во имя которого боролись осажденные. В Стародубе Заруцкий нашел нового самозванца, примкнул к нему и стал близким ему человеком. Зимой, в целях собрать новые силы, Заруцкий побывал на Дону и весной 1608 г. привел в Орел 5-тысячный отряд. Поставленный вместе с Лисовским во главе казачьих сил «Тушинского вора», Заруцкий совершил новый поход к Москве, а в 1609 г. удержал в критический момент войско Шуйского на реке Химке. В тушинском правительстве Заруцкий, пожалованный саном боярина, стал одним из главных советников царька. После бегства Лжедмитрия II в Калугу (январь 1610 г.) Заруцкий не последовал за ним и на совещаниях с послами Сигизмунда решил не признавать ни Шуйского, ни «Тушинского вора». Когда большая часть донцов вернулась к нему, Заруцкий не последовал за ними, а уехал под Смоленск к Сигизмунду. В войске Жолкевского он направился к Москве, но, рассорившись по дороге с гетманом, ушел в Калугу и оставался там верным слугой «царя Димитрия» до самой его гибели (декабрь 1610 г.). В феврале 1611 г. он вел переговоры с Сапегой, но скоро примкнул к национальному движению против поляков и привел своих казаков под Москву. Значительность его отряда и влиятельность его самого среди казачества и крайних тушинцев дали ему место во главе временного правительства наряду с Трубецким и Ляпуновым. Дружной работы по устроению государства нельзя было ожидать при таком составе «начальников». Истый казак, Заруцкий не мог быть единомышленником родовитого тушинца князя Трубецкого и тем более вождя земщины Ляпунова. По смерти последнего (22 июля 1611 г.), при слабости Трубецкого, Заруцкий оказался правителем государства. Сблизившись еще в Калуге с вдовой-царицей Мариной, он мечтал о большем: намеревался объявить царем московским маленького сына второго «Димитрия» и Марины, до его совершеннолетия, рассчитывая стать регентом. Этот план не встретил сочувствия и поддержки даже под Москвой, а в стране, среди земских людей, по призыву Гермогена принималось решение «отнюдь на царство проклятого Паньина, Маринкина сына не хотели». Попытка Заруцкого остановить нижегородское движение захватом Ярославля не удалась. Тогда Заруцкий задумал укрепить свое положение присягой (2 марта 1611 г.) третьему «царю Димитрию», признанному уже во Пскове и еще в декабре приславшему в таборы своего посла. Но страна отдавала свои симпатии организовавшемуся в Ярославле земскому правительству; войска последнего гнали с севера к Москве сопротивлявшиеся отряды казаков, а хорошее жалованье и содержание влекли в Ярославль не только служилый дворянский люд, но и казаков из полков, стоявших под столицей. Просьбы о помощи против поляков, раскаянье в присяге псковскому вору не примирили с Заруцким Пожарского; организованное Заруцким покушение на жизнь нового вождя земщины не удалось; под Москвой сильное волнение вызвано было неожиданно раскрывшимися сношениями Заруцкого с Ходкевичем . В начале августа 1612 г., в виду подходивших передовых земских отрядов, Заруцкий с верной ему почти половиной подмосковного войска бежал в Коломну, а оттуда, захватив Марину с сыном, дальше на юг, в Михайлов. Провозгласив царем «Воренка», Заруцкий еще раз, в конце 1612 г., пытался проникнуть к Москве, но потерпел поражение под Переяславлем Рязанским. Его казаки разгромили Епифань, Дедилов, Крапивну, но положение Заруцкого, особенно с избранием в цари Михаила Федоровича, становилось критическим: целыми отрядами его бывшие сторонники целовали крест новому государю, южные города поднимались, обороняясь от его притеснений; ему приходилось уходить все дальше на юг от преследовавших его царских воевод. После двухдневной битвы под Воронежем Заруцкий направился в Астрахань. Здесь он добился обещаний помощи от нагаев, послал послов к шаху персидскому, сзывал казаков, и даже с верховьев Волги казачьи шайки сбирались идти к нему. Обвенчавшись, по одному иностранному известию, с Мариной, Заруцкий собирался весной 1614 г. Волгой вернуться на Русь, снова мечтая о правлении на Москве, если не о троне московском. Правительство царя Михаила сумело грамотами удержать от перехода к Заруцкому значительную часть донских и волжских казаков, старалось, но без успеха, добиться раскаянья от самого Заруцкого и весной послало против него большую рать с князем Одоевским. Но еще до его прибытия судьба Заруцкого была решена. Поведение его казаков вызвало возмущение астраханцев; Заруцкий был вынужден запереться в крепости. На помощь Астрахани пришел из Терского города Хохлов со стрельцами. Заруцкий пытался пробраться вверх по Волге, но, разбитый наголову Хохловым, спустился с небольшим казачьим отрядом на море и на время исчез. Посланный Одоевским Пальчиков скоро разыскал след его на Яике (Урале) и шел за ним по пятам вверх по реке до Медвежьего острова, где окруженные царскими войсками казаки выдали Заруцкого и Марину с сыном (в июне 1614 г.). Привезенный в Москву, Заруцкий был посажен на кол. На общем фоне неприязни и ненависти к Заруцкому исключением является запись для поминовения «боярина Ивана Мартыновича Заруцкого в синодике Лебедянского (Тамбовской губернии) Троицкого монастыря, в вотчине бояр Романовых».

Ляпунов, 1) Прокопий Петрович, деятель Смутного времени, стоял за Лжедимитрием I; потом пристал к Болотникову, пока не разочаровался в успехе. Предлагал корону кн. Скопину; стоял за тушинского самозванца, за Владислава польского, в 1611 г. с рязанским ополчением, земскими представителями и казаками двинулся изгонять поляков, но поссорился с казаками и был убит ими. – 2) Его брат Захар руководил партией, насильно постригшей царя Василия Шуйского.

Ляпунов Прокопий Петрович (?-1611), военный и политический деятель, думный дворянин (1607 г.). Из рязанских дворян. В 1605 г. перешёл на сторону Лжедмитрия I. Участвовал в восстании Болотникова 1606-1607 гг., затем перешёл на сторону царя Василия Шуйского. После его свержения (1610 г.) поддерживал кандидатуру польского королевича Владислава. Узнав о занятии Москвы польским гарнизоном, начал организацию Первого ополчения 1611 г., входил в Земское правительство, жестоко пресекал грабежи местного населения. Обвинён казаками в организации расправ, зарублен на казачьем круге.
Ляпунов Прокопий Петрович [умер 22.7(1.8).1611], русский политический деятель начала XVII века. Из старого рязанского дворянского рода. Пользовался влиянием среди рязанских детей боярских. После смерти Бориса Годунова перешёл на сторону Лжедмитрия I, в начале 1606 г. во главе рати рязанских дворян принял участие в Крестьянском восстании под предводительством И. И. Болотникова на стороне восставших. В ноябре 1606 г. под Москвой Л. принёс повинную царю Василию Ивановичу Шуйскому, стал думным дворянином (1607 г.). В 1608-1610 гг. Ляпунов руководил движением служилых людей против крестьянского восстания в Рязанском крае и пособников Лжедмитрия II. В июле 1610 г. был организатором свержения Шуйского. После занятия Москвы польскими войсками Ляпунов возглавил организацию первого ополчения 1611 г. и был его главным руководителем. В марте 1611 г. ополчение подошло к Москве и блокировало интервентов. Летом 1611 г. Ляпунов стал фактическим главой земского правительства. Принятый по его инициативе «приговор 30 июня» восстанавливал крепостные порядки, нарушая данные казакам обещания «воли и жалованья». Ляпунов был убит возмутившимися казаками.

Литература:

  1. Платонов С. Ф., Очерки по истории смуты в Московском государстве XVI-XVII вв., М., 1937;
  2. Смирнов И. И., Восстание Болотникова. 1606-1607, [2 изд., М.], 1951;
  3. Шепелев И. С., Организация первого земского ополчения в 1611 г.,
  4. «Ученые записки Пятигорского Государственного педагогического института», Ставрополь, 1949-51, т. 5-6.
И. С. Шепелев.

Ляпунов Захарий Петрович (? – после 1612), государственный деятель. Из рязанских дворян. Брат П. П. Ляпунова. В 1605 г. примкнул к Лжедмитрию I, после его гибели (1606 г.) участвовал в восстании Болотникова 1606-1607 гг. В 1607 г. перешёл на сторону царя В. И. Шуйского. В 1610 г. участвовал в заговоре против Шуйского и его свержении. Поддержал избрание на трон польского королевича Владислава, входил в состав «великого посольства» к польскому королю Сигизмунду III под Смоленск.

Ляпунов Захарий Петрович, русский политический деятель начала XVII века, брат П. П. Ляпунова. В 1607-1608 гг. Ляпунов руководил отрядом рязанских дворян в борьбе против восставших крестьян и сторонников Лжедмитрия II. В июле 1610 г. Ляпунов активно участвовал в свержении В. И. Шуйского. В сентябре 1610 г. включен в состав посольства, направленного под Смоленск для подписания договора с польским королём Сигизмундом III об избрании его сына Владислава на русский престол. Из-под Смоленска Ляпунов вернулся в Москву и находился там до её освобождения народным ополчением Минина и Пожарского от польских интервентов.

Ляпуновы, Прокопий и Захар Петровичи – видные деятели Смутного времени. Семья Ляпуновых, потомков бояр рязанских и крупных землевладельцев на Рязани, занимала руководящее положение в группе местного дворянства. Не довольствуясь этим, честолюбивые Ляпуновы старались пробиться наверх, играть роль в Москве. С конца XVI века довольно часто встречаются в источниках имена представителей этой семьи. При Грозном брат Прокопия и Захара, Александр, помогал одному из любимцев царя, «дворовому дьяку» А. Шерефединову, захватывать земли и людей на Рязани. В 1595 г. Захар Ляпунов был наказан тюрьмой за отказ ехать в головах с Кикиным, мотивируемый местничеством; местничались Ляпуновы и «всем родом» с князьями Засекиными. В 1603 г. тот же Захар был бит кнутом за продажу донским казакам «заповедных» зелья (пороха), свинцу и вина. Ходил слух, что недовольные царем Борисом бояре посылали племянника Прокопия Ляпунова в Польшу с просьбой помочь Самозванцу. Неприязненно относившиеся к Борису Ляпуновы не захотели служить его сыну и под Кромами в числе первых согласились с Басмановым и Голицыными перейти на сторону претендента, увлекая за собой рязанцев и дворян других южных городов. Когда на престол вступил Василий Шуйский, опасение боярско-княжатской реакции, с закрытием доступа в Думу людям «новым», бросило Ляпуновых в оппозицию новому правительству. Прокопий, во главе рязанцев, присоединился к шедшему во имя Димитрия на Москву Болотникову. Однако месячного стояния под столицей рядом с собравшимися под знамена Болотникова холопами и крестьянами было достаточно, чтобы убедить крупных помещиков Рязани в том, что стремление их союзников к социальному перевороту опаснее для них, чем возможность княжатской политики царя Василия. 15 ноября 1606 г. рязанцы с «градом всем от тех воров отъехаша и приехаша к Москве», послужив и на этот раз примером для других. Царь с радостью «отдал им вину их». С тех пор Прокопий, скоро ставший царским воеводой на Рязани и пожалованный в думные дворяне (1608 г.), неустанно борется с «ворами», руководясь не любовью к царю, а стремлением отстоять дворянский уклад жизни. Как только выдвинулся Скопин-Шуйский, Ляпуновы в конце 1609 г. обратился к нему с предложением воцариться на Москве, с негодованием отвергнутое Скопиным. Когда Скопин скоропостижно скончался, Ляпунов объявил виновником его смерти царя Василия и начал организовывать на Рязани восстание против него. В Москве агитацию против Шуйского вел Захар Ляпунов. 17 июля сходка москвичей, в которой видная роль принадлежала Захару Ляпунову, решила низложение Шуйского, а 19-го, при участии Захара, он был пострижен в монахи. Ляпуновы готовили престол князю В. Голицыну, но приход под Москву Жолкевского с войском отдал его королевичу Владиславу. Ему целовал крест Прокопий Ляпунов, а Захар в составе «великого посольства» поехал под Смоленск к Сигизмунду. Старшие послы жаловались, что Захар, оставив посольство, бражничал с панами и смеялся над послами. На самом деле он разведывал планы короля и извещал о них брата. Намерение Сигизмунда воцариться на Москве вместо сына скоро отозвалось на Рязани началом организации восстания против поляков. В Москве был схвачен стольник В. Бутурлин, обвиненный в сообщении сведений Ляпунову и в подговоре немцев избить поляков. Бояре-правители донесли королю о роли Захара Ляпунова, от которого они «опричь смуты никакова добра» не чаяли, и просили сыскать про его измену. Вероятно, в результате этого сыска Захар и погиб; дальнейших сведений о нем нет. Смерть Калужского Вора (декабрь 1610 г.), открывшая возможность единения среди разнородных и быстро увеличивавшихся групп противников поляков, и благословение патриарха Гермогена на борьбу за веру и отчество окрылили Прокопия Ляпунова. По стране пошли открыто грамоты его с призывом к восстанию и походу к Москве; устанавливались тесные связи Рязани с другими центрами национального движения (Нижний и другие). Чувствуя за собой силу, Ляпунов властно требовал у правителей-бояр облегчить положение заключенного патриарха и успел на время добиться своего. Передовые рати ополчения приняли участие в боях москвичей с поляками 19 и 20 марта 1611 г., а вскоре и главные силы появились под Москвой и расположились на развалинах сожженных поляками Белого города и Замоскворечья. Военные действия против поляков были удачны, но очень скоро в ополчении обнаружилось расслоение. В заботах о численности рати Ляпунов не уделил должного внимания ее составу. Он объединился с недавними сторонниками Вора, широкими обещаниями сзывал к себе казаков, и сила этих двух групп, более близких друг к другу, сказалась так, что во главе правительства, которое необходимо было создать для страны, были поставлены «троеначальники»: Ляпунов – опора и руководитель земских людей, Трубецкой – родовитый глава тушинцев и Заруцкий – вождь казачества. Энергичный и властный Ляпунов, опиравшийся на большинство ополчения и на сочувствие в стране, занял главенствующую позицию и старался обуздать своеволие казаков, прекратить их насилие и разбои, не останавливаясь перед суровыми наказаниями. В своих заботах о восстановлении порядка он встречал противодействие соправителей и вызывал ослабление казачества. К правительственным распоряжениям ему приходилось уже делать приписки, чтобы грамотам, которые «учнут приходить» не за его рукою (подписью), не верили. Приговор рати 30 июня, начертавший программу правительственной деятельности с явным предпочтением интересов служилых людей и в ущерб казачеству и его надеждам, еще более усилил внутренние трения. Внешняя политика Ляпунова, его стремление заключить союз со шведами, чтобы, приостановив их движение на Новгород, воспользоваться их помощью против поляков, в особенности его намерение посадить на престол московский шведского принца, поддержанное советом «всея земли» и выразившееся в переговорах со шведским военачальником Делагарди, также не разделялись Заруцким, Трубецким и их единомышленниками. На подготовленной таким образом почве крутая расправа Ляпунова с отрядом мародеров-казаков вызвала сильное возбуждение против Ляпунова. Он уехал, спасая жизнь, из ополченья и вернулся лишь по настояньям земской рати. Момент этот использовал предводитель осажденных, Гонсевский, подославший в казачьи таборы подделанную в Москве грамоту от имени Ляпунова с планом истребления казаков. Вызванный в казачий круг для объяснений по поводу этого документа, Ляпунов погиб под саблями разъяренных врагов своих (22 июля 1611 г.). Лишенные вождя служилые люди не сумели дать отпор казакам, осмелевшим после гибели Ляпунова, и, не стерпя их насилий, стали разбегаться из под Москвы. Созданное в значительной мере энергией Ляпунова и им державшееся ополченье довольно быстро распалось, и задача Ляпунова была выполнена уже другим земским ополченьем.

Скопины-Шуйские, княжеский род, от Иван Васильевича Шуйского-Скопы, боярина и воеводы Ивана III. Последний в роде Михаил Васильевич, 1587-1610 гг., знаменитый деятель Смутного времени, герой народных песен, при Годунове стольник, при Лжедмитрии I великий мечник; как племянник царя Василия III, играл видную роль; в 1606 г. дважды разбил Болотникова и взял Тулу; с помощью наемного шведского отряда, под предводительством Делагарди, взял Тверь, Торжок, заставил Сапегу снять осаду Троицкой лавры. Отравлен завистливыми родственниками.

Скопины-Шуйские княжеский род. Родоначальник – И. В. Шуйский-Скопа, воевода Ивана III, боярин (с 1519 г.). Его сын Фёдор был воеводой в Вязьме, в 1544 г. получил боярство. Во время правления Глинских был сослан, но вскоре возвращён ко двору. В 1546 г. воевода и приближённый князя Юрия Васильевича (брата великого князя). Во время московского пожара 1547 г. обвинял Глинских в поджоге Москвы. В 1551 г. воевода сторожевого полка в Коломне. Сын Фёдора – Василий во время Ливонской войны в 1577 г. был воеводой сторожевого полка. Будучи в 1584 г. наместником новгородским, жил в Москве; с 1587 г. наместник в Каргополе, с 1591 г. – новгородский. В 1593 г. управлял Владимирским судным приказом. Михаил Васильевич Скопин-Шуйский (1586-1610), князь, военный деятель. В 1604 г. пожалован в стольники, в 1605 г. в «великие мечники». Ему было поручено сопровождать в Москву Марию Нагую, мать царевича Дмитрия. С восшествием на престол Василия Шуйского был близок к престолу (как родственник царя), назначен воеводой царских войск. Один из руководителей подавления восстания И. И. Болотникова, задержал движение отрядов Болотникова к Москве. В 1608 г. послан в Новгород на переговоры со шведским королём Карлом IX о помощи в борьбе с Лжедмитрием II и поляками. В мае 1609 г. выступил из Новгорода, под Торжком, Тверью и Дмитровом разбил войска Лжедмитрия II. Освобождение Москвы от осады и торжественное вступление в столицу в марте 1610 г. вызвали рост его популярности среди москвичей. В связи с этим в окружении царя Василия Шуйского возникли серьёзные опасения за судьбу престола, но вскоре Скопин-Шуйский умер. Распространение получила версия, что во время пира у князя И. М. Воротынского дочь Малюты Скуратова Екатерина, жена Д. Шуйского (брата царя), поднесла Скопину-Шуйскому чашу с «зельем». Похоронен в Архангельском соборе Кремля.
Скопин-Шуйский Михаил Васильевич (1586-1610), князь, полководец. Племянник царя Василия Шуйского, с воцарением которого в 1606 г. назначен воеводой. Участвовал в подавлении восстания И. И. Болотникова. В 1608 г. вёл в Новгороде переговоры со шведами о предоставлении войска для борьбы против Лжедмитрия II. В 1609 г. освободил поволжские города, в марте 1610 г. снял блокаду столицы. Рост популярности Скопина-Шуйского вызвал у царя опасения за судьбу трона. По слухам, отравлен женой брата царя Екатериной Скуратовой-Шуйской.
Скопин-Шуйский Михаил Васильевич [8(18).11.1586 - 23.4(3.5).1610, Москва], русский государственный и военный деятель. Сын боярина, князя В. Ф. Скопина-Шуйского. В 1604 г. стал стольником при царе Борисе Годунове. В 1606 г. с приходом к власти своего родственника князя Василия Ивановича Шуйского назначен воеводой. Активно участвовал в подавлении восстания И. И. Болотникова, разбил войско под Москвой (у деревни Котлы), но под Калугой потерпел поражение. В 1608 г. вёл в Новгороде переговоры со шведами о союзе против Лжедмитрия II, осадившего Москву. В мае 1609 г., собрав русский отряд и получив помощь от шведов, Скопин-Шуйский выступил к Москве, разбив под Торжком, Тверью и Дмитровом войска сторонников Лжедмитрия II. Освободив поволжские города, Скопин-Шуйский снял блокаду с Москвы и в марте 1610 г. торжественно вступил в столицу. Рост популярности Скопин-Шуйский среди горожан, крестьян и дворян России вызвал у царя и бояр опасения за судьбу трона. По слухам, он был отравлен женой брата царя – Екатериной Скуратовой-Шуйской. Похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.
Скопин-Шуйский (Михаил Васильевич, 1587-1610) – князь, знаменитый деятель в Смутное время. Рано лишившись отца, Василия Федоровича, который при Иоанне IV Грозном играл значительную роль, а при Борисе Годунове подвергся опале, Скопин-Шуйский получил воспитание под руководством матери и обучался «наукам». Уже при Борисе Годунове был стольником; Лжедимитрий I произвел его в великие мечники и поручил привезти в Москву царицу, Марфу. При Василии Шуйском Скопин-Шуйский как племянник царя стал близким человеком к престолу. На военное поприще он выступил в 1606 г., с появлением Болотникова, которого дважды разил: при р. Пахре, имея в своем распоряжении небольшой отряд, тогда как незадолго до того главные силы московского войска, предводительствуемые Мстиславским и другими боярами, потерпели от Болотникова полное поражение, - и при урочище Котлах. После второго поражения Болотников засел в Туле. Во время осады его здесь московскими войсками Скопин-Шуйский предводительствовал передовым отрядом и много способствовал взятию Тулы. Когда Василий Шуйский решил обратиться за помощью к шведам, для переговоров об этом он отправил в Новгород Скопина-Шуйского. Несмотря на ряд препятствий, последнему удалось достигнуть цели. Сопровождаемый 12-тысячным отрядом шведского войска, под предводительством Якова Делагарди, Скопин-Шуйский 14 апреля 1609 г. выступил из Новгорода для «спасения престола». Взятием Орешка, Твери и Торжка он очистил север от врагов, а поражением при Калязине гетмана Сапеги и занятием Александровской слободы заставил Сапегу снять осаду Троицкой лавры. Успеху действий Скопина-Шуйского много мешали недостаток средств для уплаты жалованья шведским наемникам и необходимость заниматься обучением войска; тем не менее тушинцы обратились перед ним в бегство, и народ смотрел на Скопина-Шуйского как на своего «спасителя», «отца отечества». К нему явились посланные от Ляпунова с предложением царской короны, которое он отклонил; когда он приехал в Москву, ему устроили самую торжественную встречу. Все это возбудило к нему сильнейшую зависть в его же родственниках и особенно в дяде его Димитрии Ивановиче Шуйском, который должен был уступить ему главное начальствование над московским войском, снаряженным под Смоленск. Не без ведома, кажется, и самого царя решено было избавиться от Скопина-Шуйского; на пиру у Воротынских жена Димитрия Шуйского поднесла ему отраву, от которой он и умер 23 апреля после двухнедельных страданий. Царь велел похоронить его в Архангельском соборе, но не рядом с царскими гробницами, а в особом, новом приделе. Современники почти все говорят о нем, как о великом человеке, и свидетельствуют об его «уме, зрелом не по летам», «силе духа», «приветливости», «воинском искусстве и уменье обращаться с иностранцами». В народе надолго сохранилась о нем самая лучшая память, что и выразилось в нескольких весьма распространенных песнях.

Голицын Василий Васильевич (?-1619), князь, боярин и воевода. В 1605 г. перешёл на сторону Лжедмитрия I, изменив царю Борису Годунову. Участник заговоров против Лжедмитрия I (1606 г.) и царя Василия Шуйского (1610 г.), один из претендентов на трон.

Голицын Василий Васильевич, князь, видный деятель Смутного времени. В 1590 г. участвовал в походе под Нарву, в 1596 и 1599 гг. был с полком в Смоленске. Позже защищал Брянск от Лжедмитрия, но перешел на его сторону по смерти царя Бориса; участник низвержения Лжедмитрия, впоследствии способствовал низложению царя Шуйского. Отправленный к Смоленску договариваться об избрании Владислава в цари, увезен в Польшу как возможный кандидат на русский престол и умер в плену.
Голицын Василий Васильевич (ум. в 1619), боярин (1602 г.), в 1605 г. перешёл на сторону Лжедмитрия I. Возглавлял особую боярскую комиссию, посланную в Москву Лжедмитрием I. После расправы над семьёй Бориса Годунова объявил народу о якобы происшедшем самоубийстве М. Г. Годуновой и Ф. Б. Годунова. Участвовал в заговоре князя В.И. Шуйского и свержении Лжедмитрия I в 1606 г. В 1610 г. готовил заговор против царя Василия Шуйского; после его пострижения в монахи выступил претендентом на российский престол. Не получив поддержки, был вынужден дать крестное целование «не выбирать на царство своих московских людей». Вместе с митрополитом Филаретом возглавил посольство к польскому королю Сигизмунду III. До 1619 г. находился в польском плену.

Голицын Василий Васильевич, князь – один из крупнейших деятелей Смутного времени. Был воеводой в Смоленске, но в 1602 г. он уже в Москве пожалован в бояре и по своей родовитости и по дарованиям сразу занял видное место. В декабре 1604 г. Голицын первым воеводой передового полка отправлен против Самозванца и принимал участие в несчастной битве под Новгородом-Северским и в окончившемся разгромом войск Самозванца бою при Добрыничах. Но по смерти Бориса Голицын с братом Иваном и со сводным братом П. Басмановым были главными виновниками перехода войска на сторону «царевича Димитрия». Самозванец назначил Голицына главным воеводой в походе с Кром к Туле, а из последней послал его в столицу приготовить ее к приему нового государя: в это время с ведома или без ведома Голицына страшной смертью погибли мать и сын Годуновы. Однако родовитый князь недолго служил Самозванцу: уже в начале 1606 г. от имени Голицына Безобразов приносил в Польше жалобы и заводил переговоры о Владиславе, а потом Голицын был одним из главарей заговора, низвергшего Самозванца, и серьезным конкурентом Шуйского: есть указания, что только голос князя Воротынского решил вопрос об избрании в пользу последнего. При стремлении Шуйского не считаться с соучастниками давшего ему престол заговора властолюбивый Голицын не мог оставаться верным подданным своего соперника. В битве под Волховом с войском второго Самозванца Голицын первый обратился в бегство, произведя замешательство в московской рати. Сидя затем в осаде с царем в Москве, Голицын вел интригу против него; он один из бояр решился 25 февраля 1609 г. выехать к заговорщикам, требовавшим низложения Шуйского. К 1610 г. у Голицына было уже много сторонников, а по смерти М. В. Скопина-Шуйского пылкий Ляпунов объявил своим кандидатом на престол Голицына и за него поднимал привыкший повиноваться Ляпуновым Рязанский край. Голицын был и на сходке москвичей, решившей низложение Шуйского, но противодействие других бояр и приближение Жолкевского помешало Голицыну воцариться. В числе немногих бояр он был избран для заключения договора с Жолкевским о Владиславе и подписал договор, хотя и сам мечтал о престоле. Ввиду этого гетман настоял на том, чтобы Голицын был отправлен в послах к Сигизмунду под Смоленск (в сентябре 1610 г.). Здесь Голицын вместе с митрополитом Филаретом стойко защищал русские интересы, заслужил славу верного патриота. Уже в конце марта послы оказались под стражей, а в средине апреля в качестве пленных отправлены в глубь Польши. В 1616 г., готовясь к новому походу на Россию, поляки уговаривали его написать в Москву в пользу Владислава; Голицын имел мужество и на этот раз отклонил польские требования, Деулинский мир 1618 г. открыл Голицыну путь на родину, но он умер в дороге в Гродно (1619 г.) и похоронен в Вильно.

«Семибоярщина» «седьмочисленные бояре», в период Смутного времени правительство, образовавшееся в Москве после свержения в июле 1610 г. царя Василия Шуйского. Состояло из членов Боярской думы: князья Ф. И. Мстиславский, И. М. Воротынский, А. В. Трубецкой, А. В. Голицын, Б. М. Лыков, а также И. Н. Романов, Ф. И. Шереметев. Заключило 17 (27) августа договор об избрании на российский трон польского королевича Владислава. 21 сентября тайно впустило в столицу польское войско. Номинально функционировало вплоть до освобождения Москвы отрядами Второго ополчения (октябрь 1612 г.).

«Семибоярщина», «седьмочисленные бояре», правительство в России, образовавшееся после свержения в июле 1610 г. царя В. И. Шуйского. В состав «Семибоярщины» вошли члены Боярской думы, оказавшиеся к этому времени в Москве: князь Ф. И. Мстиславский, князь И. М. Воротынский, князь А. В. Трубецкой, князь А. В. Голицын, князья Б. М. Лыков, И. Н. Романов, Ф. И. Шереметев. Одним из первых решений «Семибоярщины» было постановление не избирать царём представителей русских родов. 17(27) августа 1610 г. «Семибоярщина» заключила со стоявшими под Москвой поляками договор, признававший русским царём сына польского короля Сигизмунда III Владислава. Ограждая свои привилегии, аристократическое правительство добилось включения статей, ограничивавших права Владислава (необходимость принятия им православия ещё в Смоленске, обязательство жениться только на русской, ограничение количества приближённых лиц из Польши и т. п.). Опасаясь выступлений москвичей и не доверяя русским войскам, правительство «Семибоярщины» совершило акт национальной измены: в ночь на 21 сентября тайно впустило в Москву польские войска. С октября 1610 г. вся реальная власть сосредоточилась в руках военных руководителей польского гарнизона (С. Жолкевского и А. Гонсевского), но «Семибоярщина» номинально функционировала вплоть до освобождения Москвы Народным ополчением под руководством Минина и Пожарского.

Литература:

  1. Платонов С. Ф., Очерки по истории смуты в Московском государстве XVI-XVII вв., М., 1937.
В. Д. Назаров.

Семибоярщина - «седьмочисленные бояре», правительство, образовавшееся в России в июле 1610 г. и формально просуществовавшее до избрания на трон царя Михаила Романова. Состояло из членов Боярской думы – князей Ф. И. Мстиславского, И. М. Воротынского, А. В. Трубецкого, Б. М. Лыкова, а также И. Н. Романова, Ф. И. Шереметева. В начале работы правительства в ней принимал участие и князь В. В. Голицын. Главой Семибоярщины был избран князь, боярин, воевода, влиятельный член Боярской думы с 1586 г. Федор Иванович Мстиславский (?-1622). В истории его политической деятельности он трижды отказывался от выдвижения на русский трон (1598, 1606, 1610 гг.), и согласился быть лишь главой объединенного боярского правительства в 1610 г.

Идея избранного боярского правительства неоднократно возникала в русской истории XVI-XVII вв., в том числе при Иване Грозном (Избранная рада) и Феодоре Ивановиче (в 1585 г. в подобное правительство входили Ф. И. Мстиславский, Н. Р. Юрьев, С. В. Годунов, князья Н. Р. Трубецкой, И. М. Глинский, Б. И. Татев, Ф. М. Троекуров), однако в полной мере реализовалась лишь в период Смуты.
История ее избрания связана с отречением царя Василия Шуйского. 17 июля 1610 г. бояре и дворяне во главе с воеводой Захарием Ляпуновым, ворвались в царский дворец и потребовали от Шуйского отречься от престола. В тот же день его насильно постригли в монахи. Одной из побудительных причин подобных действий был распространившийся слух о возможности объединиться с русскими сторонниками Лжедмитрия II, низложить его вместе с ними и совместно избрать нового царя, пока же прекратить междоусобную войну, избрав коалиционный орган управления из 7 бояр. 24 июля польские войска во главе с С. Жолкевским подошли к Москве. Боясь искать опоры и помощи внутри страны (в стране полыхала крестьянская война под руководством И. И. Болотникова, московские бояре решили обратиться к полякам с предложением найти компромисс. В начавшихся переговорах представители Семибоярщины дали обещание, несмотря на протесты русского патриарха Гермогена, не избирать царём представителя русских родов.
17(27) августа 1610 г. поляки дали согласие правительству Семибоярщины подписать договор. Согласно ему, правителем Семибоярщины русским царём признавался сын польского короля Сигизмунда III – королевич Владислав, который призывался на русский престол. Ограждая свои привилегии, аристократическое правительство добилось включения статей, ограничивавших права Владислава (необходимость принятия им православия ещё в Смоленске, обязательство жениться только на русской, ограничение количества приближённых лиц из Польши, сохранение всех прошлых порядков с неизменным крепостным правом и т.п.). С. Жолкевский, понимая, что подписание договора может быть негативно воспринято польским королем, направил к тому посольство в составе князя В. В. Голицына и митрополита Филарета Никитича Романова (отца Михаила Романова). Приняв посольство, Сигизмунд III потребовал, чтобы не его сына, а его самого Семиборящина признала царем России. По его требованию С. Жолкевский привез в Польшу низложенного царя Василия Шуйского, в то время как правительство Семиборящины в ночь на 21 сентября 1610 г. тайно впустило в Москву польские войска, стоявшие в непосредственной близости от Поклонной горы под селом Дорогомиловым. В российской историографии этот факт рассматривается как акт национальной измены.
Наместник Владислава (так как королевичу было всего 15 лет) Александр Гонсевский, получивший чин боярина, стал самовластно распоряжаться в стране. С октября 1610 г. реальная власть в столице и за ее пределами сосредоточилась в руках военных руководителей польского гарнизона (А. Гонсевского и С. Жолкевского). Не считаясь с русским правительством из семи бояр, он щедро раздавал земли сторонникам Польши, конфискуя их и у тех, кто оставался верен стране. Это изменило отношение самих членов правительства Семибоярщины к призванным ими полякам. Воспользовавшись растущим недовольством, патриарх Гермоген начал рассылку грамот по городам России, призывая оказывать сопротивление новой власти. За это он был взят под стражу и впоследствии казнен.
Семибоярщина номинально функционировала вплоть до освобождения Москвы Народным ополчением под руководством К. Минина и Д. Пожарского. В польской историографии ее оценка разнится с российской. Она считается избранным правительством, на законной правовой основе (договор от 17 августа 1610 г.) пригласившим иностранцев управлять Московией.

Литература:

  1. Семибоярщина (серия «Смутное время»). М., 1995;
  2. Платонов С. Ф., Очерки по истории смуты в Московском государстве 16-17 вв., М., 1937;
  3. Скрынников Р.Г. Михаил Романов. М., 2005.
Лев Пушкарев.

Сигизмунд III, 1566-1632, король польский 1587-1632 гг., король шведский 1592-1604 гг., сын шведского короля Иоанна III и Екатерины Ягеллонки (дочери Сигизмунда I). Воспитан матерью ярым католиком. Сигизмунд был нелюбим поляками, постоянно стремился вернуть шведский престол, что стоило Польше многих тяжких войн. Сигизмунд стремился уничтожить протестантизм и подавить православие посредством Брестской унии. Первое ему удалось. Сигизмунд тщетно старался ослабить сеймы, вызывая восстания шляхты. Пытался, против интересов сына, сделаться московским государем в 1611 г., не был поддержан шляхтой.

Сигизмунд III Ваза (20.6.1566, замок Грипсхольм, Швеция, - 30.4.1632, Варшава), король польский и великий князь литовский с 1587 г. Воспитанник иезуитов, Сигизмунд III содействовал утверждению в Польше католической реакции.
В 1592-1599 гг. король шведский; стремился восстановить католицизм (низложен в ходе национального восстания, возглавленного герцогом Карлом). Пытался вернуть себе Швецию, с которой в 1600-1611, 1617-1620, 1621-1629 гг. вёл неудачные войны. В 1618-1620 гг. помог Габсбургам в борьбе с восставшей Чехией. С помощью Брестской унии 1596 г. стремился добиться полонизации Украины и Белоруссии. В 1604-1605 гг. поддерживал Лжедмитрия I, а в 1609 г., осадив Смоленск, начал открытую интервенцию в Россию, закончившуюся поражением.

Делагарди, Яков (1583-1652), шведский полководец., участник Ливонской войны Карла с Сигизмундом, отправленный Карлом на помощь Василию Шуйскому, вместе с Михаилом Скопиным-Шуйским разбил у Твери поляков, освободил Троицкую лавру и в марте 1610 г. вошел в Москву. Разбитый при Клушине, отступил в шведские владения.

Делагарди (De la Gardie) Якоб (20.6.1583, Таллин, - 12.8.1652, Стокгольм), граф, шведский военный и государственный деятель, маршал (1620 г.). Выходец из шведской военной семьи французского происхождения, крупный феодальный магнат. Возглавлял шведский вспомогательный отряд (прибывший в 1609 г. в Новгород в соответствии с русско-шведским договором о помощи правительству В. И. Шуйского против польских интервентов), а затем войска Швеции, перешедшей к интервенции против Русского государства. Участвовал в заключении Столбовского мира 1617 г. с Россией. С 1619 г. шведский наместник в Ревеле, с 1622 г. генерал-губернатор Лифляндии; в 20-х гг. участвовал в шведско-польской войне за Восточную Прибалтику. В 1632-1644 гг. член регентского совета при королеве Кристине.

Гонсевский или Госевский (Gosiewski) Александр-Корвин, отличился в войнах Сигизмунда III со Швецией. В 1610 г. был с Жолкевским в Москве для поддержания кандидатуры Владислава. С 5 тысячами поляков и 2 тысячами немцев отстоял Кремль от русских, лживой грамотой возбудил казаков против Ляпунова и был виновником его гибели. Сдав в 1612 г. Москву Ходкевичу, много лет защищал Смоленск; особенно прославился в 1632 г., при осаде города войсками Шеина. Гонсевский основал иезуитскую коллегию в Витебске и монастырь св. Бригитты в Брест-Литовске.

Гонсевский (Александр-Корвин Gosiewski), отец Викентия Гонсевского, еще в молодости с отличием служил в литовских войсках во время войн Сигизмунда III со Швецией, был затем пограничным старостой Велижа. Вместе с Жолкевским прибыл в Москву для поддержания партии, желавшей возвести Владислава на московский престол. Когда в 1610 г. Москва и другие города присягнули Владиславу, но Сигизмунд не отпускал последнего в Москву, Жолкевский, уезжая из Москвы, чтобы образумить короля, оставил Гонсевского главным начальником польских войск. Вскоре после того дружины 25 городов, по воззванию Ляпунова, двинулись к Москве; в самой столице вспыхнуло восстание. Положение Гонсевского стало очень затруднительным. Он велел зажечь Москву во многих местах. Жители разбежались в разные стороны, спасая свои семейства и имущество. Русский передовой отряд, уже врывавшийся в Кремль, должен был отступить. Гонсевский известил короля о сожжении Москвы и требовал помощи. Между тем подошли главные войска Ляпунова. Гонсевский с 5000 поляков и 2000 немцев засел в Китай-городе и Кремле, потом очистил Китай-город, но Кремля не отдал. Ему удалось посеять вражду между русскими начальниками – Ляпуновым, Трубецким и Заруцким. От имени последнего он составил грамоту о мнимом желании Ляпунова истребить всех казаков. Взбунтовавшиеся казаки умертвили Ляпунова. После его смерти Гонсевскому уже было легко продержаться в Кремле до прихода Ходкевича, который и сменил его в марте 1612 г. Отозванный в армию Сигизмунда, Гонсевский был назначен начальником всех войск в Смоленске. В продолжение 6 лет Гонсевский сидел в Смоленске и все это время имел беспрестанные стычки с русскими отрядами, из которых почти всегда выходил победителем. В 1618 г. царские воеводы повели правильную осаду Смоленска и хотели голодом принудить осажденных к сдаче. Гонсевский упорно защищался; после прихода Ходкевича со съестными припасами он разбил графа Турана и навел страх на Понтуса Делагарди, шведского полководца. Особенно прославился Гонсевский в 1632 г., при защите Смоленска, осажденного Шеиным во главе русских и наемных голландских и шведских войск. Десять месяцев продержался Гонсевский, отбивая все штурмы, пока Владислав не явился на помощь. В 1634 г. Гонсевский назначен был комиссаром для заключения Вяземского мира. Построил иезуитскую коллегию в Витебске и основал женский монастырь Святой Бригиты в Брест-Литовске. Умер около 1645 г.
Гонсевский Александр-Корвин (польск. Aleksandr-Korwin Gosiewski) – староста Велижский, польский полководец, сын польского шляхтича Я. Гонсевского, переселившегося в конце XVI в. в Литву. Выдвинулся во время польско-шведских войн (конец ХVI – начало ХVII вв.). В Россию ездил с посольством от короля Сигизмунда III к Лжедмитрию I (конец 1605 г.). По возвращении Гонсевского в Краков король поручил ему встретиться с гонцом самозванца И. Безобразовым. Его свидание с последним было окутано завесой таинственности. Безобразов от лица московских вельмож изложил желание избавиться от лжецаря и предложил трон сыну Сигизмунда Владиславу. Гонсевского тогда поразили тон и слова, которыми гонец не стеснялся говорить о своём государе и укорять короля в том, что тот позволил занять московский престол человеку низкому и легкомысленному, жаловался на жестокость, распутство и пристрастие Лжедмитрия к роскоши. Весной 1606 г. отношения короля с Лжедмитрием I, который к тому времени обзавёлся уже императорским титулом, который намного превосходил королевский, совершенно испортились, тем более, что до Сигизмунда дошли слухи, что московский царь намерен завладеть польской короной. Чтобы предупредить опасность, король отправил Гонсевского в Москву, наказав ему установить контакт с людьми, готовившими заговор против Лжедмитрия. «На приеме в Кремле польские послы подвергли царя неслыханному унижению. Сигизмунд приказал именовать «Дмитрия» великим князем, отказав недавнему протеже не только в императорском, но и в царском титуле. Королевский демарш ободрил заговорщиков и побудил их поспешить с исполнением своих планов». Трон под самозванцем зашатался, и ему было уже не до польской короны. В 1610 Гонсевский прибыл в Москву в составе армии коронного гетмана С. Жолкевского для поддержки кандидатуры Владислава на русский престол. После отъезда в том же году Жолкевского был назначен наместником польского короля в русской столице и стал начальником польского гарнизона в Москве. Гонсевский «был сам по себе человек, который мог бы сойтись с московскими людьми, он держал подчиненных в дисциплине, говорил хорошо по-русски, был знаком с русским народом и русскою землею, но, исполняя предписания своего короля, начал распоряжаться и судом и казною», как своей собственной: лучшие вещи они вместе с Ф. Андроновым отправляли королю под Смоленск, но и себя не забывали. Так, например, среди царских сокровищ находилось литое из золота изображение Христа, ценой в 30 тысяч золотых, которое Гонсевский и Андронов разбили на куски, чтобы продать затем подороже. Под его руководством поляки в 1610 г. начали в Москве выпуск «облегчённых» медных денег, чем окончательно разрушили финансовую систему в России. Гонсевский успешно оборонял Москву от участников Первого ополчения. Так, весной 1611 г. он приказал отряду запорожских казаков идти в рязанские места, чтобы воспрепятствовать П. Ляпунову собирать подкрепление на подмогу ополченцам. «Черкассы» направились к Пронску и осадили там Ляпунова. Однако пришедший к нему на помощь князь Д. М. Пожарский заставил их отойти от города. Ляпунов двинулся к Москве и совместно с князем Д. Трубецким и атаманом И. Заруцким начал теснить поляков и уже передовой его отряд ворвался в Кремль. Тогда Гонсевский приказал поджечь Москву сразу в нескольких местах, и ополченцы бросились спасать своё имущество, забыв про штурм цитадели. Когда между ополченцами – казаками и дворянами – произошёл открытый конфликт из-за того, что дворяне утопили под Никольским Угрешским монастырём 29 «воровских» казаков, Гонсевский, стремясь усилить этот конфликт, вместе с Заруцким, заклятым врагом Ляпунова, составили от имени П. Ляпунова подложное письмо, в котором тот якобы призывал к истреблению всех казаков. В результате этой интриги возмущённые казаки 22 июля 1611 г. убили на своём круге Ляпунова, и Первое ополчение распалось. С переменным успехом Гонсевский защищал Кремль от Второго ополчения до прихода подкрепления во главе с Я. К. Ходкевичем (март 1612). Незадолго до изгнания поляков из Москвы передал власть пану Струсю и перебрался в лагерь короля под Смоленском, а после взятия последнего в том же году и до 1618 г. возглавлял там польский гарнизон, с успехом защищаясь от нападений русских. В 1618 царские воеводы осадили Смоленск и решили голодом принудить Гонсевского к сдаче крепости. Поляки упорно защищались, а когда прибыл Ходкевич с продовольствием и припасами, Гонсевский разбил русских и заставил их снять осаду. Деулинское перемирие прекратило военные действия между Речью Посполитой и Россией на 14,5 лет, после чего Гонсевский снова успешно воюет с русскими и их союзниками – шведами: в 1626 г. он нанёс поражение гр. Турану и заставил П. Делагарди очистить поле битвы. В 1632 г. успешно отразил попытки русской армии (в которой, кроме русских ратников, были наёмные отряды из Голландии и Швеции) во главе с боярином и воеводой М. Б. Шеиным взять Смоленск: 10 месяцев Гонсевский отбивал все приступы, пока к нему на помощь не прибыл король Владислав. Сыграл важную роль в заключении выгодного для Польши Поляновского мира (1634 г.). Далее известен тем, что построил в Витебске иезуитскую коллегию и основал женский монастырь Св. Бригитты в Брест-Литовске. Умер в 1636 г.

Жолкевский, Станислав, польский коронный гетман, 1547-1620; отличился в войнах Батория; усмирил казацкий бунт Наливайки. Тщетно доказывал королю Сигизмунду III невыгоду борьбы с Россией; в 1610 г. разбил русских при Клушине, занимал Москву именем Владислава, но покинул ее, когда Сигизмунд сам пожелал воцариться. Позже защищал южные границы Польши от турок и татар. Убит в битве с турками.

Жолкевский, Жулкевский (?o?kiewski) Станислав [1547 или 1550, Турынец, близ Львова, - 7.10.1620, Цецора (Цуцора), Молдова], польский государственный деятель и полководец, великий коронный гетман (1613 г.). С 1588 г. польный коронный гетман. В 1596 г. подавил восстание Г. Лободы и С. Наливайки на Украине. В 1601-1602 гг. руководил действиями против шведов. Был противником прогабсбургской политики Сигизмунда III, но во время рокоша (мятежа) М. Зебжидовского (1606-1609 гг.) встал на сторону короля и разбил мятежников в 1607 г. С 1608 г. киевский воевода. Сначала выступал против польской интервенции в Россию, но с 1609 г. принял в ней участие и в 1610 г. разгромил армию Д. Шуйского под Клушином. Заключил с русскими боярами, противниками царя Василия Шуйского, договор о возведении на русский престол королевича Владислава и вводе польских войск в Москву. Однако договор не был утвержден королём, а в Москве вспыхнуло народное восстание. С 1611 г. Жолкевский руководил действиями против турок и татар на Подолии и в 1617 г., ввиду превосходства сил противника, заключил с турками договор об отказе Польши от притязаний на влияние в Валахии и Трансильвании, чем восстановил против себя часть польских магнатов. С 1618 г. великий канцлер. В 1620 г. потерпел поражение от турок под Цецорой и был убит во время отступления.
Жолкевский Станислав – польский гетман и канцлер. Родился в 1547 г. в Червонной Руси; отличившись уже во время войн Батория, он был назначен польским коронным гетманом. Усмирил казацкое восстание, вспыхнувшее на Украине под предводительством Наливайко и Лободы. Участвовал в войне со шведами в Лифляндии. Во время бунта шляхты против короля Сигизмунда, известного под именем бунта (рокоша) Зебржидовского, Жолкевский, хотя и не любимый королем и сам нерасположенный к нему, встал на его сторону и в 1607 г., в битве под Гузовом, наголову разбил мятежников. Тем не менее, король относился к нему подозрительно и враждебно; только война с московским государством заставила Сигизмунда вновь обратиться к Жолкевскому. Последний был против этой войны, находя, что она не соответствует интересам Польши, но принял в ней участие после того как миролюбивые представления его королю не имели успеха. Разбив в 1610 г. при Клушине Димитрия Шуйского, он подступил к Москве – где тем временем царь Василий Шуйский был свергнут с престола, - достиг избрания королевича Владислава на московский престол и занял Москву польским войском. Получив известие, что Сигизмунд хочет сам быть царем московским, Жолкевский понял, как мало шансов успеха имеют поляки в Москве, и уехал, сдав начальство над польским гарнизоном Гонсевскому; при отъезде он захватил с собой Василия Шуйского и его братьев. За этот поход Жолкевский получил в 1613 г. сан великого коронного гетмана, а через несколько лет был сделан и великим коронным канцлером. Последние годы своей жизни он провел в защите южных границ Речи Посполитой от татарских и турецких нападений и пал в 1620 г. в несчастной для поляков битве с турками под Цецорой.
Жолкевский Станислав (польск. Stanislaw Zуlkiewski) (1547-1620), польский военачальник, вел. канцлер Речи Посполитой и коронный гетман. Родился в 1547 г. в Червонной Руси, в родовом имении Жолкевка (Zуlkiewka), расположенном на на р. Вепрь подо Львовом. В 1588 г. отличился в сражении при Бычине. Заявив о себе как о талантливом полководце, он благодаря покровительству канцлера Я. Замойского был возведён в звание коронного гетмана. Воевал с татарами, турками и казаками, а в 1596 г. разгромил и пленил казацкого главаря С. Наливайко, грабившего белорусские, украинские и польские города и селения. Позже воевал в Лифляндии против шведов и русских. Являлся активным участником военных действий Смутного времени, хотя и выступал против вмешательства Польши в русские дела. Зная, что король Сигизмунд Ш давно ищет повода к войне с Россией, некоторые из польск. вельмож средней руки (прежде всего самборский воевода Ю. Мнишек) всячески подогревали в нём этот интерес, рассчитывая заработать на этой войне деньги, а с ними и влияние при дворе. Жолкевский, пристально наблюдавший за интригами сторонников войны, писал в своих «Записках», что Мнишек действовал посредством лести и лжи и что особенно важна была для него помощь его родственника примаса Е. Мациевского, имевшего в то время большой вес при дворе. Мнишек в самозваннической интриге, направленной против правительства царя Бориса Годунова, помог Г. Отрепьеву заручиться поддержкой лит. канцлера Л. Сапеги, который в числе первых открыто объявил, что «Дмитрий» очень похож на своего единокровного брата – умершего царя Фёдора Ивановича, и пообещал прислать в помощь «царевичу» 2 тысячи конницы. В 1607 г. Жолкевский подавил в Польше шляхетский мятеж М. Зебжидовского. В 1609 г., когда Сигизмунд всё же собрался двинуть своё войско на Москву и решил сначала взять Смоленск, где всё ещё храбро защищались русские ратники во главе с боярином М. Б. Шеиным, Жолкевский убеждал его, что лучше направить свои усилия на овладение слабо укреплённой Северщиной, нежели терять тысячи поляков под каменной твердыней Смоленска, но король не послушал его, и всё произошло так, как и предсказывал старый воин. Жолкевский, несмотря на его нежелание воевать с русскими, пришлось выполнить волю своего короля, и 24 июля 1610 г., разбив войско боярина князя Д. И. Шуйского под Клушином, а затем приняв капитуляцию русских под Царёвым Займищем, гетман занял Москву и привёл её жителей к присяге королевичу Владиславу. Некоторое время он управлял русской столицей, но, получив известие, что Сигизмунд хочет сам сесть на московский престол, Жолкевский понял, что шансов на успех у поляков в Москве теперь уже не будет никаких, и покинул Россию, сдав командование над польским гарнизоном А. Гонсевскому; с собой он прихватил низложенного царя Василия Шуйского и его братьев. Однако Жолкевскому недолго пришлось отдыхать в своём имении: в 1613 г. король назначил его великим коронным гетманом, надеясь на авторитет гетмана у разных слоёв польского общества, а также среди казаков. В это время у королевского правительства постоянно возникали проблемы в отношениях с турками и татарами в связи с казацкими набегами в Крым и владения султана, и при каждом известии о победах запорожцев над татарами или турками Польшу охватывала паника, так как тут же следовали ответные нападения хана и турецких войск на польские и малороссийские земли. Поляки оправдывались перед султаном, что казацкие походы происходят без их согласия, так как их пр-во, насколько возможно, уничтожает казачество, но казаки выходят из московских областей. На самом деле виноваты были чаще всего не только казаки, но также польские, литовские и малорусские магнаты, вмешивавшиеся в молдавские дела, подвластные туркам, - но поляки всё сваливали на казаков. Когда же это не помогало и угроза турецкого нашествия становилась реальной, королевское правительство пыталось хоть как-то сдерживать их. Так, в 1614 Жолкевский пригрозил казакам, что сам пойдёт на них с войском, если они не перестанут своевольничать, и стал готовиться к походу. Однако казакам было известно, что у поиздержавшихся на войне в Московском государстве поляков нет средств, чтобы снарядить против них достойное войско, поэтому они не испугались пустых угроз, но на всякий случай начали собирать под Переяславом войско для возможной войны. Тогда правительство обратилось за помощью к магнатам. Под предлогом снаряжения так называемых комиссий для установления отношений с казаками оно просило наиболее могущественных малорусских и литовских магнатов (князей Вишневецких, Огинских, Острожских, Чарторыйских, Ольшанских и др.) во главе с Жолкевским принять в этом участие в качестве королевских комиссаров; при этом подразумевалось, что такой магнат приведёт с собой по крайней мере свой дворовый полк (а это несколько сот человек), и таким образом соберётся хоть какое-то войско. Начиная с 1614 г., почти каждое лето против казаков снаряжалось подобное комиссарское войско, чтобы установить у них польские порядки. Однако казаки всякий раз просили дать им письменную «ординацию», то есть какие порядки желают установить комиссары, а получив её, тут же находили в ней пункты, не устраивавшие их, так как требования комиссаров действительно были невыполнимыми с точки зрения казаков: чтобы казаки стерегли границы, чужих краёв не трогали, жили на Низу, не выходили на волость и, проживая на волости, во всем повиновались старостам и помещикам, в имениях которых находились. Казаки при этом заявляли, что пошлют своих послов к королю, чтобы он приструнил своих комиссаров. На этом комиссии обычно и заканчивались: комиссары убеждали казаков соблюдать спокойствие, не нападать на чужие края, не своевольничать; казаки клятвенно заверяли их, что всё так и будет, а сами поступали по-своему. В 1617 г. Жолкевский был назначен канцлером, и в том же году ему снова пришлось оправдываться перед турками за то, что запорожцы во главе с их гетманом Д. Б. Барабашем добрались чуть ли не до самого султанского сераля в Стамбуле. Взбешённый султан Ахмед I решил послать на Украину огромное войско. Престарелый Жолкевский, опасаясь за благополучный исход новой войны, поспешил заключить мир с турецким главнокомандующим Скиндер-пашой, и 17 сентября в местечке Буша между ними был подписан крайне невыгодный для поляков мирный договор. После того как в 1618 г. поход польского королевича Владислава на Москву провалился, гетман П. К. Сагайдачный, активно участвовавший со своими запорожцами в этом грабительском походе, долго ещё настаивал на продолжении воины с Москвой, однако Польша подписала с царём мир, и казаки вынуждены были отправиться восвояси. Неудовольствие гетмана было понятно, так как он предвидел, что, обеспечив себя с московской стороны миром, польское правительство вскоре снова примется за казаков. И действительно, летом 1619 г. Жолкевский со своими комиссарами снова заявился навязывать казакам свои порядки. Снова «были предъявлены требования, чтобы казаки сократили своё войско, не ходили на море, сожгли лодки, и тому подобное. Все это, конечно, было черною неблагодарностью со стороны польского правительства после того, как оно заклинало казаков спасать королевича и имело их на своей службе двадцать тысяч, а теперь велело участникам последней кампании возвратиться в крепостное состояние, за исключением какой-нибудь одной-двух тысяч. Но что было делать! Жолкевский требовал, угрожая в противном случае войною, а Сагайдачный до войны не хотел доводить. Войску роздано было за службу 20 тысяч червонцев, и этим оно было немного успокоено».
В 1620 г. в битве у Цецоры на Днестре войско Жолкевского было разбито, а сам он пал на поле боя. Голова его была увезена в Стамбул, но через некоторое время выкуплена и вместе с телом погребена в Жолкевке, где польский король Ян III Собеский поставил ему памятник в честь огромных заслуг гетмана перед королевством.
Жолкевский – автор записок о Смутном времени. К. Валишевский спустя почти три столетия после описываемых событий составил нижеследующий панегирик своему знаменитому соотечественнику: «На пороге той эпохи, когда Польша, скользя в бездну, готовилась погрузиться во мрак кровавых, скорбных дней, Станислав Жолкевский… был [одним] из… светоносных существ, которые своим лучезарным сиянием до сих пор освещают мрак скорбного прошлого, оставляя в нем залог лучшего будущего. Он сделал много великого как государственный деятель и как полководец, всякий раз оставляя впечатление, что он был выше порученной ему роли. Славой своих подвигов он наполнил две великие страны. Но для сил его и такое обширное поприще казалось все еще недостаточно просторным. В его слабом теле жила душа, высеченная из самого чистого алмаза, почти без порока, без пятнышка. Иногда он кажется человеком другой страны, другого века: в нем, преисполненном античного величия, мог бы узнать себя Рим героических времен. После того, как он властвовал над Москвою, управляя городом с высот Кремля; после того, как он привез в Польшу царя, прикованного к своей победной колеснице, - ему суждено было погибнуть в далеких равнинах Молдавии. Но и будучи окружен турками, покинутый своими солдатами, в ответ на уговоры нескольких товарищей по оружию искать спасения бегством, он застрелил своего коня! А все-таки он был поляком и человеком своего времени до мозга костей. Когда Сигизмунд обратился к нему, он не отказал ему в помощи, хотя и возражал против предлагаемых мероприятий, критикуя принятый план, и предал гласности свой ответ королю. Таковы были нравы его родины…».
Владимир Богуславский

Ходкевич (Chodkiewicz), Ян-Кароль, польский полководец, 1560-1621; великий гетман литовский; сражался со шведами в 1602 г. и с русскими в 1611-1617 гг., против турок при Хотине в 1620 г.

Ходкевич (Chodkiewicz) Ян Кароль (1560 - 24.9.1621, Хотин), польско-литовский полководец и государственный деятель. Участвовал в подавлении казацко-крестьянского восстания С. Наливайки на Украине (1596 г.). С 1600 г. литовский польный гетман, участвовал в польско-шведской войне 1600-1611 гг., с 1602 г. командовал войсками в Прибалтике и одержал ряд побед, в том числе под Кирхгольмом (ныне Саласпилс) с 4 тысячами воинов против 11 тысячами шведов. С 1605 г. – великий гетман литовский, руководил подавлением рокоша М. Зебжидовского (1607 г.). В 1611-1612 и 1617-1618 гг. командующий польско-литововскими войсками во время интервенции в Россию. С 1616 г. воевода виленский. Во время войны с Турцией после разгрома войск С. Жолкевского под Цецорой (1620 г.) принял командование и успешно оборонялся под Хотином. Умер в ходе сражения, окончившегося победой польских войск.
Ходкевич (Ян-Карл, умер в 1621 г.) – польский полководец. Образование получил в иезуитской виленской академии; в военном искусстве усовершенствовался служа в испанском войске и сражаясь, как ревностный католик, против еретической Голландии; имел возможность познакомиться с такими замечательными полководцами, как Альба и Мориц Оранский. Возвратившись на родину, он выказал впервые свое дарование в борьбе с Наливайкой и во время похода Замойского на Валахию. В 1603 г. был назначен администратором Ливонии, которую успешно защищал от шведского короля Карла IX; в 1605 г. одержал над ним блестящую победу при Кирхгольме. Во время рокоша Зебржидовского Ходкевич, преданный сторонник короля, участвовал в битве при Гузове, где рокошане были разбиты на голову. С 1605 г. он занимал должность великого гетмана литовского. В русской истории имя Ходкевича отмечено участием в осаде Смоленска и походом на Москву для выручки польского гарнизона, осажденного нижегородским ополчением. В 1621 г. Ходкевич предпринял поход против турок и умер доблестной смертью в замке Хитиме.

Шеин, Михаил Борисович, боярин и воевода, после мужествен. обороны Смоленска против Сигизмунда III попал в плен (1611 г.) и 9 лет содержался в Варшаве вместе с Филаретом, Голицыным и др. При Михаиле Федоровиче неудачно осаждал с конца 1632 г. Смоленск и, окруженный с тылу Владиславом, сдался в 1634 г. на капитуляцию, за что, по возвращении в Москву, был казнен как изменник.

Шеин Михаил Борисович (?-1634), полководец, государственный деятель, боярин (1606 или 1607 г.), воевода. В период Смутного времени возглавлял оборону Смоленска, до 1619 г. в польском плену. После возвращения – доверенное лицо патриарха Филарета и глава ряда приказов. С апреля 1632 г. командующий войском в Смоленской войне 1632-1634 гг. После вынужденной капитуляции армии под Смоленском обвинён в измене и по приговору Боярской думы казнён.
Шеин Михаил Борисович (г. рождения неизвестен – ум. 28.4.1634), полководец и государственный деятель России. В 1602-1603 гг. участвовал в подавлении выступлений крестьян и холопов; в 1606-1607 гг. – Крестьянского восстания под предводительством И. И. Болотникова. Окольничий с 1605 г., боярин с конца 1606 г. – начала 1607 г. С конца 1607 г. – воевода Смоленска. Во время интервенции польско-литовских феодалов в Россию возглавил Смоленскую оборону 1609-1611 гг. При взятии поляками Смоленска 3 июня 1611 г. раненый Шеин попал в плен и был увезён с семьей в Польшу. Вернулся в 1619 г., стал одним из ближайших к патриарху Филарету лиц. В 1620-1621 и 1625-1628 гг. возглавлял один из сыскных приказов, в 1628-1632 гг. – Пушкарский приказ. В 20-х – начале 30-х гг. участвовал в многочисленных дипломатических переговорах (в т. ч. секретных). В апреле 1632 г. назначен командующим армией в русско-польской войне 1632-1634 гг. После вынужденной капитуляции русских войск 15 февраля 1634 г. был необоснованно обвинён в многочисленных преступлениях и ошибках (в т. ч. в сознательной измене в пользу Владислава IV) и казнён по приговору Боярской думы с конфискацией имущества и ссылкой членов семьи.
Шеин Михаил Борисович (ум. в 1634 г., Москва) – полководец и государственный деятель. Происходил из старинного боярского рода, сын окольничего. В бою под Добрыничами с Лжедмитрием I 20 января 1605 г. Шеин сумел отличиться и был отправлен в Москву с известием о победе. В чине окольничего служил воеводой в Новгород-Северском. В 1607 г. получил боярское звание и был поставлен воеводой в Смоленск, осажденный польским королем Сигизмундом III. Отчаянно сопротивляясь, Шеин не желал сдавать город даже по требованию правительства «Семибоярщины», и все же город был взят штурмом в июне 1611 г. Шеин был схвачен, подвергнут пыткам и до 1619 г. находился в польском плену вместе с патриархом Филаретом. После заключенного перемирия с Речью Посполитой пленники смогли вернуться на родину. Шеин, ставший одним из близких патриарху лиц, в 1620-1632 гг. возглавлял приказы и участвовал в многочисленных дипломатических переговорах. Во время войны с Речью Посполитой 1632-1634 гг. Шеин был отправлен под Смоленск командующим рус. армией. После смерти в 1633 г. Филарета Шеин, оставленный на произвол судьбы, не имея возможности продолжать войну, был вынужден согласиться на сдачу пушек и с остатками войска вернулся в Москву. Был обвинен в измене и по приговору Боярской думы казнен. По мнению историков С.М. Соловьева и В. О. Ключевского, Шеин не был предателем и осужден в результате боярской интриги.
Шеин (Михаил Борисович) – боярин и воевода. В царствование Бориса Годунова он имел звание чашника; в 1607 г. возведен в бояре. В 1609 г. начальствовал в Смоленске. Король польский Сигизмунд, веря слухам, что жители Смоленска ждут его с нетерпением как избавителя, подступил к этому городу в сентябре, с 12 тысячами отборных всадников, немецкой пехотой, литовскими татарами и 10 тысячами запорожцев, расположился станом на берегу Днепра и послал к жителям манифест, убеждая их покориться и обещая им за добровольное подданство новые права и милость, а за упрямство – разорение. Шеин отправил Сигизмундову грамоту в Москву и просил у царя помощи, а между тем, по совещании с дворянами и гражданами, выжег посады и слободы и заперся в крепости. Сигизмунд стал громить стены и делать приступы, но без успеха. Хотя зимой многие русские присягнули Владиславу, Шеин не переставал защищаться в Смоленске. 21 ноября поляки, взорвав грановитую башню и часть городской стены, бросились с немцами и казаками на приступ, но три раза были отражены Шеиным. Осада продолжалась двадцать месяцев: запасы и силы истощились; смоляне со своим начальником терпеливо сносили все. Наконец, смоленский беглец Андрей Дедишин указал полякам слабое место в стене, и в полночь 3 июня 1611 г. неприятель ворвался в крепость. Поляки стремились к храму Богоматери, где заперлись многие мещане и купцы с семействами, богатствами и пороховой казной; спасения не было. Русские зажгли порох и взлетели на воздух. Шеин долго противился полякам; слезы жены, молодой дочери и малолетнего сына тронули его: он сдался Потоцкому; его скованным привели в королевский стан и предали пыткам, чтобы узнать, где скрыты сокровища смолян. Сына его Сигизмунд взял к себе, жену и дочь отдал Льву Сапеге, а самого Шеина отослал в Литву. Он 9 лет содержался в Варшаве, вместе с Филаретом, Голицыным и Мезецким. В царствование Михаила Феодоровича, по объявлении полякам войны, Шеин был назначен главным воеводой. Он обложил Смоленск многочисленным войском; осада продолжалась 10 месяцев: голландские пушки и подкопы разрушали стены, и осажденные уже готовы были сдаться, но король Владислав, с войском, вчетверо слабейшим, отбил Шеина от Смоленска и принудил его заключиться в окопах, где русские должны были выдержать стремительные атаки. Владислав занял в тылу их Дорогобуж, где был склад съестных припасов; несколько раз Шеин пытался выйти из окопов, чтобы смелым ударом решить борьбу, но напрасно: его войско упало духом. Второстепенные воеводы слабо содействовали главному полководцу; генералы и полковники иностранные ссорились и резались друг с другом; в русском лагере открылись повальные болезни; целые полки бежали в свои области, опустошенные крымскими татарами, нападавшими на Украину. Болезни и побеги так ослабили войско, что Шеин ожидал спасения из одной Москвы. Высланные к нему на помощь князья Черкасский и Пожарский не решились идти далее Можайска. Шеин был принужден заключить капитуляцию, оставил королю весь свой лагерь, где было 123 орудия, и вывел одно войско. По возвращении в Москву, он был казнен как изменник (1634 г.).